Other Translations: Deutsch , English , Français
From: ,
Aṅguttara Nikāya 3.40 Ангуттара Никая 3.40
4. Devadūtavagga 4. Небесные посланники
Ādhipateyyasutta Авторитет
“Tīṇimāni, bhikkhave, ādhipateyyāni. «Монахи, есть эти три авторитета.
Katamāni tīṇi? Какие три?
Attādhipateyyaṁ, lokādhipateyyaṁ, dhammādhipateyyaṁ. Сам себе авторитет, мир как чей-либо авторитет, Дхамма как чей-либо авторитет.
Katamañca, bhikkhave, attādhipateyyaṁ? И что такое, монахи, сам себе авторитет?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā rukkhamūlagato vā suññāgāragato vā iti paṭisañcikkhati: Вот, уйдя в лес, к подножью дерева или в пустую хижину, монах рассуждает так:
‘na kho panāhaṁ cīvarahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. «Я покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной не ради одеяний,
Na piṇḍapātahetu, na senāsanahetu, na itibhavābhavahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. еды, жилищ, или же ради становления таким или эдаким,
Api ca khomhi otiṇṇo jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, dukkhotiṇṇo dukkhapareto. но с мыслью: «Я жертва рождения, старения и смерти, печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Я жертва страдания, я добыча страдания.
Appeva nāma imassa kevalassa dukkhakkhandhassa antakiriyā paññāyethāti. Но ведь как-то можно положить конец всей этой груде страданий?».
Ahañceva kho pana yādisake kāme ohāya agārasmā anagāriyaṁ pabbajito tādisake vā kāme pariyeseyyaṁ tato vā pāpiṭṭhatare, na metaṁ patirūpan’ti.
So iti paṭisañcikkhati: Затем он рассуждает так:
‘āraddhaṁ kho pana me vīriyaṁ bhavissati asallīnaṁ, upaṭṭhitā sati asammuṭṭhā, passaddho kāyo asāraddho, samāhitaṁ cittaṁ ekaggan’ti. «Неутомимое усердие будет зарождено во мне. Незамутнённая осознанность будет утверждена. Моё тело будет безмятежным, спокойным. Мой ум будет сосредоточенным, достигшим единения».
So attānaṁyeva adhipatiṁ karitvā akusalaṁ pajahati, kusalaṁ bhāveti, sāvajjaṁ pajahati, anavajjaṁ bhāveti, suddhaṁ attānaṁ pariharati. Взяв в качестве своего авторитета самого себя, он отбрасывает неблагое и развивает благое. Он отбрасывает то, что достойно порицания, и развивает безукоризненное. Он держит себя в чистоте.
Idaṁ vuccati, bhikkhave, attādhipateyyaṁ. Вот что такое «сам себе авторитет».
Katamañca, bhikkhave, lokādhipateyyaṁ? И что такое, монахи, мир как чей-либо авторитет?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā rukkhamūlagato vā suññāgāragato vā iti paṭisañcikkhati: Вот, уйдя в лес, к подножью дерева или в пустую хижину, монах рассуждает:
‘na kho panāhaṁ cīvarahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. «Я покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной не ради одеяний,
Na piṇḍapātahetu, na senāsanahetu, na itibhavābhavahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. еды, жилищ, или же ради становления таким или эдаким,
Api ca khomhi otiṇṇo jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, dukkhotiṇṇo dukkhapareto. но с мыслью: «Я жертва рождения, старения и смерти, печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Я жертва страдания, я добыча страдания.
Appeva nāma imassa kevalassa dukkhakkhandhassa antakiriyā paññāyethā’ti.
Ahañceva kho pana evaṁ pabbajito samāno kāmavitakkaṁ vā vitakkeyyaṁ, byāpādavitakkaṁ vā vitakkeyyaṁ, vihiṁsāvitakkaṁ vā vitakkeyyaṁ, mahā kho panāyaṁ lokasannivāso. Будучи тем, кто покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, я могу обдумывать чувственные мысли, недоброжелательные мысли, мысли о причинении вреда. Но обитель мира обширна.
Mahantasmiṁ kho pana lokasannivāse santi samaṇabrāhmaṇā iddhimanto dibbacakkhukā paracittaviduno. В обширной обители мира есть жрецы и отшельники, обладающие сверхъестественными силами и божественным глазом, которые знают умы других.
Te dūratopi passanti, āsannāpi na dissanti, cetasāpi cittaṁ pajānanti. Они видят всё издалека, но их самих не увидеть, даже когда они близко. Они знают умы других своим собственным умом.
Tepi maṁ evaṁ jāneyyuṁ: Они могут узнать обо мне так:
‘passatha, bho, imaṁ kulaputtaṁ saddhā agārasmā anagāriyaṁ pabbajito samāno vokiṇṇo viharati pāpakehi akusalehi dhammehī’ti. «Посмотри-ка на этого представителя клана. Хоть он благодаря вере и покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, он запятнан плохими, неблагими состояниями».
devatāpi kho santi iddhimantiniyo dibbacakkhukā paracittaviduniyo. Есть также и божества со сверхъестественными силами и божественным глазом, которые знают умы других.
Tā dūratopi passanti, āsannāpi na dissanti, cetasāpi cittaṁ jānanti. Они видят вещи издалека, но их самих не увидеть, даже когда они близко. Они тоже знают умы других своим собственным умом.
Tāpi maṁ evaṁ jāneyyuṁ: Они тоже могут узнать обо мне так:
‘passatha, bho, imaṁ kulaputtaṁ saddhā agārasmā anagāriyaṁ pabbajito samāno vokiṇṇo viharati pāpakehi akusalehi dhammehī’ti. «Посмотри-ка на этого представителя клана. Хоть он благодаря вере и покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, он запятнан плохими, неблагими состояниями».
So iti paṭisañcikkhati: Затем он рассуждает так:
‘āraddhaṁ kho pana me vīriyaṁ bhavissati asallīnaṁ, upaṭṭhitā sati asammuṭṭhā, passaddho kāyo asāraddho, samāhitaṁ cittaṁ ekaggan’ti. «Неутомимое усердие будет зарождено во мне. Незамутнённая осознанность будет утверждена. Моё тело будет безмятежным, спокойным. Мой ум будет сосредоточенным, достигшим единения».
So lokaṁyeva adhipatiṁ karitvā akusalaṁ pajahati, kusalaṁ bhāveti, sāvajjaṁ pajahati, anavajjaṁ bhāveti, suddhaṁ attānaṁ pariharati. Взяв в качестве своего авторитета мир, он отбрасывает неблагое и развивает благое. Он отбрасывает то, что достойно порицания, и развивает безукоризненное. Он держит себя в чистоте.
Idaṁ vuccati, bhikkhave, lokādhipateyyaṁ. Вот что такое «мир как чей-либо авторитет».
Katamañca, bhikkhave, dhammādhipateyyaṁ? И что такое, монахи, Дхамма как чей-либо авторитет?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā rukkhamūlagato vā suññāgāragato vā iti paṭisañcikkhati: Вот, уйдя в лес, к подножью дерева или в пустую хижину, монах рассуждает:
‘na kho panāhaṁ cīvarahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. «Я покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной не ради одеяний,
Na piṇḍapātahetu, na senāsanahetu, na itibhavābhavahetu agārasmā anagāriyaṁ pabbajito. еды, жилищ, или же ради становления таким или эдаким,
Api ca khomhi otiṇṇo jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, dukkhotiṇṇo dukkhapareto. но с мыслью: «Я жертва рождения, старения и смерти, печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Я жертва страдания, я добыча страдания.
Appeva nāma imassa kevalassa dukkhakkhandhassa antakiriyā paññāyethāti. Но ведь как-то можно положить конец всей этой груде страданий?».
Svākkhāto bhagavatā dhammo sandiṭṭhiko akāliko ehipassiko opaneyyiko paccattaṁ veditabbo viññūhīti. Эта Дхамма превосходно провозглашена Благословенным, видимая здесь и сейчас, незамедлительно действенная, приглашающая к исследованию, ведущая вперёд, переживаемая мудрыми для себя.
Santi kho pana me sabrahmacārī jānaṁ passaṁ viharanti. У меня есть товарищи-монахи, которые знают и видят.
Ahañceva kho pana evaṁ svākkhāte dhammavinaye pabbajito samāno kusīto vihareyyaṁ pamatto, na metaṁ assa patirūpan’ti. Поскольку я покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной в этой хорошо провозглашённой Дхамме и Винае, было бы неподобающе для меня быть ленивым и беспечным».
So iti paṭisañcikkhati: Затем он рассуждает так:
‘āraddhaṁ kho pana me vīriyaṁ bhavissati asallīnaṁ, upaṭṭhitā sati asammuṭṭhā, passaddho kāyo asāraddho, samāhitaṁ cittaṁ ekaggan’ti. «Неутомимое усердие будет зарождено во мне. Незамутнённая осознанность будет утверждена. Моё тело будет безмятежным, спокойным. Мой ум будет сосредоточенным, достигшим единения».
So dhammaṁyeva adhipatiṁ karitvā akusalaṁ pajahati, kusalaṁ bhāveti, sāvajjaṁ pajahati, anavajjaṁ bhāveti, suddhaṁ attānaṁ pariharati. Взяв в качестве своего авторитета Дхамму, он отбрасывает неблагое и развивает благое. Он отбрасывает то, что достойно порицания, и развивает безукоризненное. Он держит себя в чистоте.
Idaṁ vuccati, bhikkhave, dhammādhipateyyaṁ. Вот что такое «Дхамма как чей-либо авторитет».
Imāni kho, bhikkhave, tīṇi ādhipateyyānīti. Таковы, монахи, три авторитета».
Natthi loke raho nāma, «И для того, кто совершает злодеяния,
pāpakammaṁ pakubbato; Нет места в мире, что могло б назваться «скрытым».
Attā te purisa jānāti, И, человек, ты сам внутри ведь знаешь,
saccaṁ vā yadi vā musā. Правдиво это или неправдиво.
Kalyāṇaṁ vata bho sakkhi, Воистину, почтенный, ты свидетель,
attānaṁ atimaññasi; Благое «я» который отвергает,
Yo santaṁ attani pāpaṁ, А также «я» порочное скрывает,.
attānaṁ parigūhasi. Находится которое в тебе же.
Passanti devā ca tathāgatā ca, Глупца такого дэвы, будды знают,
Lokasmiṁ bālaṁ visamaṁ carantaṁ; Кто нечестиво поступает в этом мире.
Tasmā hi attādhipateyyako ca, Поэтому осознанным быть нужно, себя возьми своим авторитетом.
Lokādhipo ca nipako ca jhāyī; Себя возьми своим авторитетом.
Dhammādhipo ca anudhammacārī, Он с Дхаммой согласует свою жизнь, берёт её за свой авторитет.
Na hīyati saccaparakkamo muni. К старанию склоняет он себя, мудрец такой к упадку не идёт.
Pasayha māraṁ abhibhuyya antakaṁ, Когда же Мара был им побеждён, кончины созидатель им повержен,
Yo ca phusī jātikkhayaṁ padhānavā; Тогда борец с рождением покончил.
So tādiso lokavidū sumedho, Мудрец, провидец, тот, кто знает мир,
Sabbesu dhammesu atammayo munī”ti. Ни с чем себя уже не соотносит».
Dasamaṁ.
Devadūtavaggo catuttho.
Tassuddānaṁ .
Brahma ānanda sāriputto,
Nidānaṁ hatthakena ca;
Dūtā duve ca rājāno,
Sukhumālādhipateyyena cāti.