Other Translations: Deutsch , English
From: ,
Aṅguttara Nikāya 3.54 Ангуттара Никая 3.54
6. Brāhmaṇavagga 6. Брахманы
Paribbājakasutta Странник
Atha kho aññataro brāhmaṇaparibbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā …pe… ekamantaṁ nisinno kho so brāhmaṇaparibbājako bhagavantaṁ etadavoca: И тогда некий брахман-странник подошёл к Благословенному и обменялся с ним приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал ему:
“‘sandiṭṭhiko dhammo sandiṭṭhiko dhammo’ti, bho gotama, vuccati. «Господин Готама, «видимая здесь и сейчас Дхамма, видимая здесь и сейчас Дхамма» – так говорят.
Kittāvatā nu kho, bho gotama, sandiṭṭhiko dhammo hoti akāliko ehipassiko opaneyyiko paccattaṁ veditabbo viññūhī”ti? В каком смысле Дхамма видима здесь и сейчас, незамедлительно действенная, приглашающая к исследованию, ведущая вперёд, переживаемая мудрыми для себя?»
“Ratto kho, brāhmaṇa, rāgena abhibhūto pariyādinnacitto attabyābādhāyapi ceteti, parabyābādhāyapi ceteti, ubhayabyābādhāyapi ceteti, cetasikampi dukkhaṁ domanassaṁ paṭisaṁvedeti. «Брахман, вот некий человек возбуждён жаждой, одолеваем жаждой, с умом, охваченным ей, планирует совершить что-либо, что принесёт несчастье ему самому, несчастье другому, несчастье обоим, и он переживает умственное страдание и грусть.
Rāge pahīne nevattabyābādhāyapi ceteti, na parabyābādhāyapi ceteti, na ubhayabyābādhāyapi ceteti, na cetasikampi dukkhaṁ domanassaṁ paṭisaṁvedeti. Но когда жажда отброшена, он не планирует совершить что-либо, что принесёт несчастье ему самому, несчастье другому, несчастье обоим, и он не переживает умственного страдания и грусти.
Ratto kho, brāhmaṇa, rāgena abhibhūto pariyādinnacitto kāyena duccaritaṁ carati, vācāya duccaritaṁ carati, manasā duccaritaṁ carati. Тот, кто возбуждён жаждой, одолеваем жаждой, с умом, охваченным ей, пускается в неблагое поведение телом, речью и умом.
Rāge pahīne neva kāyena duccaritaṁ carati, na vācāya duccaritaṁ carati, na manasā duccaritaṁ carati. Но когда жажда отброшена, он не пускается в неблагое поведение телом, речью и умом.
Ratto kho, brāhmaṇa, rāgena abhibhūto pariyādinnacitto attatthampi yathābhūtaṁ nappajānāti, paratthampi yathābhūtaṁ nappajānāti, ubhayatthampi yathābhūtaṁ nappajānāti. Тот, кто возбуждён жаждой, одолеваем жаждой, с умом, охваченным ей, не понимает в соответствии с действительностью собственного блага, блага другого, блага обоих.
Rāge pahīne attatthampi yathābhūtaṁ pajānāti, paratthampi yathābhūtaṁ pajānāti, ubhayatthampi yathābhūtaṁ pajānāti. Но когда жажда отброшена, он понимает в соответствии с действительностью собственное благо, благо другого, благо обоих.
Evampi kho, brāhmaṇa, sandiṭṭhiko dhammo hoti …pe…. Вот каким образом Дхамма видима здесь и сейчас, незамедлительно действенная, приглашающая к исследованию, ведущая вперёд, переживаемая мудрыми для себя.
Duṭṭho kho, brāhmaṇa, dosena …pe… Вот некий человек полон злобы…
mūḷho kho, brāhmaṇa, mohena abhibhūto pariyādinnacitto attabyābādhāyapi ceteti, parabyābādhāyapi ceteti, ubhayabyābādhāyapi ceteti, cetasikampi dukkhaṁ domanassaṁ paṭisaṁvedeti. Вот некий человек полон заблуждения, одолеваем заблуждением, с умом, охваченным им, планирует совершить что-либо, что принесёт несчастье ему самому, несчастье другому, несчастье обоим, и он переживает умственное страдание и грусть.
Mohe pahīne nevattabyābādhāyapi ceteti, na parabyābādhāyapi ceteti, na ubhayabyābādhāyapi ceteti, na cetasikaṁ dukkhaṁ domanassaṁ paṭisaṁvedeti. Но когда заблуждение отброшено, он не планирует совершить что-либо, что принесёт несчастье ему самому, несчастье другому, несчастье обоим, и он не переживает умственного страдания и грусти.
Mūḷho kho, brāhmaṇa, mohena abhibhūto pariyādinnacitto, kāyena duccaritaṁ carati, vācāya duccaritaṁ carati, manasā duccaritaṁ carati. Тот, кто возбуждён заблуждением, одолеваем заблуждением, с умом, охваченным ей, пускается в неблагое поведение телом, речью и умом.
Mohe pahīne neva kāyena duccaritaṁ carati, na vācāya duccaritaṁ carati, na manasā duccaritaṁ carati. Но когда заблуждение отброшено, он не пускается в неблагое поведение телом, речью и умом.
Mūḷho kho, brāhmaṇa, mohena abhibhūto pariyādinnacitto attatthampi yathābhūtaṁ nappajānāti, paratthampi yathābhūtaṁ nappajānāti, ubhayatthampi yathābhūtaṁ nappajānāti. Тот, кто возбуждён заблуждением, одолеваем заблуждением, с умом, охваченным ей, не понимает в соответствии с действительностью собственного блага, блага другого, блага обоих.
Mohe pahīne attatthampi yathābhūtaṁ pajānāti, paratthampi yathābhūtaṁ pajānāti, ubhayatthampi yathābhūtaṁ pajānāti. Но когда заблуждение отброшено, он понимает в соответствии с действительностью собственное благо, благо другого, благо обоих.
Evaṁ kho, brāhmaṇa, sandiṭṭhiko dhammo hoti akāliko ehipassiko opaneyyiko paccattaṁ veditabbo viññūhī”ti. И таким образом также Дхамма видима здесь и сейчас, незамедлительно действенная, приглашающая к исследованию, ведущая вперёд, переживаемая мудрыми для себя.
“Abhikkantaṁ, bho gotama …pe… «Великолепно, господин Готама! Великолепно, господин Готама! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто…
upāsakaṁ maṁ bhavaṁ gotamo dhāretu ajjatagge pāṇupetaṁ saraṇaṁ gatan”ti. Пусть господин Готама помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь».
Catutthaṁ.