Other Translations: Deutsch , English
From:
Theragāthā 21.1 Стихи старших монахов 21.1
Mahānipāta Раздел великих строф
Paṭhamavagga Глава первая
Vaṅgīsattheragāthā Вангиса Тхера
“Nikkhantaṁ vata maṁ santaṁ, С тех пор как я оставил дом,
agārasmānagāriyaṁ; Как бесприютным стал,
Vitakkā upadhāvanti, Меня одолевают думы,
pagabbhā kaṇhato ime. Ниспосланные тьмой.
Uggaputtā mahissāsā, Пусть буду окружаем я
sikkhitā daḷhadhammino; Ватагой воинов лихих,
Samantā parikireyyuṁ, Тысячей лучников с их стрелами —
sahassaṁ apalāyinaṁ. Спасаться бегством я не стану.
Sacepi ettakā bhiyyo, Пусть буду посещаем я
āgamissanti itthiyo; Хоть тысячею женщин —
Neva maṁ byādhayissanti, Мой ум не дрогнет,
dhamme samhi patiṭṭhito. Так крепко установлен в Дхамме он.
Sakkhī hi me sutaṁ etaṁ, Услышав от Потомка солнца о пути,
buddhassādiccabandhuno; Что увлекает от страданий прочь, —
Nibbānagamanaṁ maggaṁ, В Ниббану,
tattha me nirato mano. Возликовал я.
Evañce maṁ viharantaṁ, О Злой, если пожалуешь ко мне,
pāpima upagacchasi;
Tathā maccu karissāmi, Я сделать так сумею,
na me maggampi dakkhasi. Что ты не в силах будешь путь мой отследить.
Aratiñca ratiñca pahāya, Отринув полностью, что мило и немило,
Sabbaso gehasitañca vitakkaṁ; Забыв про устремления мирские,
Vanathaṁ na kareyya kuhiñci, Он не влечётся ни к чему на свете,
Nibbanatho avanatho sa bhikkhu. Все путы обрубил он.
Yamidha pathaviñca vehāsaṁ, Родится существо на небе или на земле —
Rūpagataṁ jagatogadhaṁ kiñci; Любая форма, принятая им,
Parijīyati sabbamaniccaṁ, Изменчива и к разрушению стремится;
Evaṁ samecca caranti mutattā. Об этом памятует мудрый.
Upadhīsu janā gadhitāse, Захваченность людей порабощает,
Diṭṭhasute paṭighe ca mute ca; Они ведомы тем, что видится, что мнится;
Ettha vinodaya chandamanejo, Того зову я Муни, кто все желанья вырвал,
Yo hettha na limpati muni tamāhu. Кто в мире ни к чему не прилипает.
Atha saṭṭhisitā savitakkā, Глупцы в силках шестидесяти ложных взглядовпребывают,
Puthujjanatāya adhammā niviṭṭhā; Их разум чистой Дхаммы не постигает;
Na ca vaggagatassa kuhiñci, Но бхиккху ни к одному из воззрений не склоняется,
No pana duṭṭhullagāhī sa bhikkhu. Не говоря о том, что злым является.
Dabbo cirarattasamāhito, Умиротворённый, вдумчивый,
Akuhako nipako apihālu; Лишённый зависти и измышлений,
Santaṁ padaṁ ajjhagamā muni, Обрёл он состояние покоя,
Paṭicca parinibbuto kaṅkhati kālaṁ. И дожидается он часа своего.
Mānaṁ pajahassu gotama, Отвергни самомнение, Готама,
Mānapathañca jahassu asesaṁ; Отвергни путь, к нему ведущий!
Mānapathamhi sa mucchito, Обманутый им,
Vippaṭisārīhuvā cirarattaṁ. По круговерти долго ты блуждал.
Makkhena makkhitā pajā, Самомнением осквернённые,
Mānahatā nirayaṁ papatanti; Злоречием запятнанные,
Socanti janā cirarattaṁ, Низвергаются люди в Нираю,
Mānahatā nirayaṁ upapannā. Где скорбь великая их ожидает.
Na hi socati bhikkhu kadāci, Но бхиккху не скорбит,
Maggajino sammā paṭipanno; Он славной шествует дорогой,
Kittiñca sukhañcānubhoti, Обретая прославление и счастье,
Dhammadasoti tamāhu tathattaṁ. Он именуем Дхаммы мудрецом.
Tasmā akhilo idha padhānavā, Так будь всегда благоразумен,
Nīvaraṇāni pahāya visuddho; Покоясь в чистоте, Отринув омраченья;
Mānañca pahāya asesaṁ, От самомненья откажись,
Vijjāyantakaro samitāvī”. В покое чрез прозренье к завершению приди.
“Kāmarāgena ḍayhāmi, Пылаю вожделением и страстью,
cittaṁ me pariḍayhati; Мой ум пылает!
Sādhu nibbāpanaṁ brūhi, Ты укажи мне путь к Ниббане
anukampāya gotama”. Из сострадания, Готама.
“Saññāya vipariyesā, «Твой ум пылает,
cittaṁ te pariḍayhati; Ведомый искаженьем восприятья;
Nimittaṁ parivajjehi, Приятному внимания не уделяй, Себя страстями ты не разжигай.
subhaṁ rāgūpasaṁhitaṁ. (…) Узри всё составное как чужое, Узри страданье в нём, Ты вожделенье погаси И не сжигай себя опять.
Asubhāya cittaṁ bhāvehi, Ты тела непривлекательность узри,
ekaggaṁ susamāhitaṁ; Пусть будет собран ум твой, воедино слит.
Sati kāyagatā tyatthu, Памятование о теле пестуй неустанно,
nibbidābahulo bhava. Разочаруйся в существовании любом.
Animittañca bhāvehi, Беззнаковость ты созерцай,
mānānusayamujjaha; Самомнение отринь;
Tato mānābhisamayā, Чрез разрушение его
upasanto carissasi”. Сумеешь обрести покой.»
“Tameva vācaṁ bhāseyya, Пусть произносит он слова,
yāyattānaṁ na tāpaye; Что не вредят другим;
Pare ca na vihiṁseyya, Речь, не приносящая вреда,
sā ve vācā subhāsitā. Поистине является благой.
Piyavācameva bhāseyya, Пусть произносит он приятные слова,
yā vācā paṭinanditā; Которые приносят радость;
Yaṁ anādāya pāpāni, Приятны те слова,
paresaṁ bhāsate piyaṁ. Что не содержат яда.
Saccaṁ ve amatā vācā, Бессмертные слова есть истина —
esa dhammo sanantano;
Sacce atthe ca dhamme ca, Нетленна эта Дхамма,
āhu santo patiṭṭhitā. Что зиждется на истине.
Yaṁ buddho bhāsati vācaṁ, Слова, что Татхагата возгласил,
khemaṁ nibbānapattiyā; Ведут к Ниббане,
Dukkhassantakiriyāya, К унятию страданий.
sā ve vācānamuttamā”. Поистине это высшие слова.
“Gambhīrapañño medhāvī, Его прозренье глубоко,
maggāmaggassa kovido; Он мудр, он знает путь.
Sāriputto mahāpañño, Сарипутта, мудростью великой обладая,
dhammaṁ deseti bhikkhunaṁ. Монахов в Дхамме наставлял.
Saṅkhittenapi deseti, Он учит кратко или длинно,
vitthārenapi bhāsati; И глас его —
Sālikāyiva nigghoso, Как воркованье птицы.
paṭibhānaṁ udiyyati. Он подвигает к озарению других.
Tassa taṁ desayantassa,
suṇanti madhuraṁ giraṁ; И, слыша голос его сладкий,
Sarena rajanīyena, Что так ласкает слух,
savanīyena vaggunā;
Udaggacittā muditā, Все бхиккху радуются,
sotaṁ odhenti bhikkhavo”. Ликуют их сердца.
“Ajja pannarase visuddhiyā, В пятнадцатый лунный день собрались они здесь,
Bhikkhū pañcasatā samāgatā; Полтысячи аскетов, Для очищения обетов.
Saṁyojanabandhanacchidā, Они свободны от всех уз И отсекли оковы,
Anīghā khīṇapunabbhavā isī. Что к новым существованиям влекли.
Cakkavattī yathā rājā, Как Царь, вращающий колесо ,
amaccaparivārito;
Samantā anupariyeti, Шествует с подданными своими
sāgarantaṁ mahiṁ imaṁ. По окружённой морем земле,
Evaṁ vijitasaṅgāmaṁ, Так и ученики, Тремя знаниями наделённые,
satthavāhaṁ anuttaraṁ; Оставившие смерть позади,
Sāvakā payirupāsanti, Явились к непревзойдённому наставнику,
tevijjā maccuhāyino. Победившему в битве.
Sabbe bhagavato puttā, Они все — Будды сыновья,
palāpettha na vijjati; Средь них нет пасынков.
Taṇhāsallassa hantāraṁ, Кланяюсь я Потомку солнца,
vande ādiccabandhunaṁ. Извлекшему жажды острую стрелу.
Parosahassaṁ bhikkhūnaṁ, Тысяча бхиккху приблизилась к Сугате,
sugataṁ payirupāsati; Учил он их возвышенной Дхамме,
Desentaṁ virajaṁ dhammaṁ, Ведущей к Ниббане,
nibbānaṁ akutobhayaṁ. Свободной от трепета.
Suṇanti dhammaṁ vimalaṁ, Внимали они чистой Дхамме,
sammāsambuddhadesitaṁ; Возвещённой всецело и в совершенстве Пробуждённым.
Sobhati vata sambuddho, Поистине лучится он,
bhikkhusaṅghapurakkhato. Чтимый всей Сангхой.
‘Nāganāmo’si bhagavā, Вас именуют «слон», о Бхагаван,
isīnaṁ isisattamo; Седьмой средь мудрецов;
Mahāmeghova hutvāna, Подобны облаку вы,
sāvake abhivassasi. Готовому излиться на своих учеников.
Divā vihārā nikkhamma, Стремясь увидеть Будду,
satthudassanakamyatā; Вангиса оставил свою хижину,
Sāvako te mahāvīra, Поклонился ему —
pāde vandati vaṅgiso”. Герою великому.
“Ummaggapathaṁ mārassa, Преодолевший Мары окольные пути,
Abhibhuyya carati pabhijja khīlāni; От зла всего очистив сердце,
Taṁ passatha bandhapamuñcakaraṁ, Взгляни на него, свободного от оков, Ничем не связанного,
Asitaṁva bhāgaso pavibhajja. Вразумляющего своей Дхаммой.
Oghassa hi nitaraṇatthaṁ, Он призывал великое наводненье одолеть,
Anekavihitaṁ maggaṁ akkhāsi; Путь к Неумирающему возвестил.
Tasmiñca amate akkhāte, Кто зрит его,
Dhammadasā ṭhitā asaṁhīrā. Тот не колеблется.
Pajjotakaro ativijjha, Возжёг лампаду света он,
Sabbaṭhitīnaṁ atikkamamaddasa; Преодолел все точки зренья.
Ñatvā ca sacchikatvā ca, Прозревший в Истину,
Aggaṁ so desayi dasaddhānaṁ. Он наставлял в ней первых пять учеников.
Evaṁ sudesite dhamme, Услышав Дхаммы славные слова,
Ko pamādo vijānataṁ dhammaṁ; Как можно оставаться безрассудным?
Tasmā hi tassa bhagavato sāsane, Благоразумны будьте в Дхамме, Возвещённой Бхагаваном,
Appamatto sadā namassamanusikkhe”. Почтительными неизменно.
“Buddhānubuddho yo thero, Тхера Конданнья был разбужен после Будды,
koṇḍañño tibbanikkamo;
Lābhī sukhavihārānaṁ, Он в Дхамме стоит непоколебимо,
vivekānaṁ abhiṇhaso. В уединении и счастье пребывая.
Yaṁ sāvakena pattabbaṁ, Всё, что прилежный в обученье,
satthu sāsanakārinā; Следующий за наставником своим
Sabbassa taṁ anuppattaṁ, Был должен сделать,
appamattassa sikkhato. Исполнил он, вдохновляя себя сам.
Mahānubhāvo tevijjo, С великой силою, со знанием тройным,
cetopariyakovido; Он может проникать в умы других.
Koṇḍañño buddhadāyādo, Наследник Бхагавана, Конданнья,
pāde vandati satthuno”. Воздал все почести ему.
“Nagassa passe āsīnaṁ, Муни, превзошедший все страданья,
muniṁ dukkhassa pāraguṁ; Пребывал на вершине скалы,
Sāvakā payirupāsanti, Когда его ученики, сразившие смерть, Со знанием тройным,
tevijjā maccuhāyino. К нему явились.
Cetasā anupariyeti, Средь них был Моггаллана,
moggallāno mahiddhiko; Чьи силы чудесные были столь велики,
Cittaṁ nesaṁ samanvesaṁ, Что он мог знать умы освобождённые других.
vippamuttaṁ nirūpadhiṁ.
Evaṁ sabbaṅgasampannaṁ, Так они приблизились к Готаме,
muniṁ dukkhassa pāraguṁ; Превзошедшему страдания,
Anekākārasampannaṁ, Оставившему юдоль скорби,
payirupāsanti gotamaṁ”. Наделённому всеми благими качествами.
“Cando yathā vigatavalāhake nabhe, Когда уплывают облака,
Virocati vītamalova bhāṇumā; Ночное светило сияет в небесах, как солнце;
Evampi aṅgīrasa tvaṁ mahāmuni, Так и Ангираса, достославный Муни —
Atirocasi yasasā sabbalokaṁ”. Его слава летит по миру.
“Kāveyyamattā vicarimha pubbe, Очарованные поэзией,
Gāmā gāmaṁ purā puraṁ; Бродили мы из деревни в деревню,
Athaddasāma sambuddhaṁ, Пока не встретили Татхагату,
Sabbadhammāna pāraguṁ. Вышедшего за пределы всех дхамм.
So me dhammamadesesi, Муни, превзошедший страдание,
muni dukkhassa pāragū; Учил нас Дхамме,
Dhammaṁ sutvā pasīdimha,
saddhā no udapajjatha. Веру в нас зародил.
Tassāhaṁ vacanaṁ sutvā, Услышав Дхаммы славные слова
khandhe āyatanāni ca; О совокупностях, о сферах и стихиях,
Dhātuyo ca viditvāna, Я дом оставил,
pabbajiṁ anagāriyaṁ. Бесприютным стал.
Bahūnaṁ vata atthāya, Поистине во благо многих женщин и мужчин,
uppajjanti tathāgatā; Кто следует Учению,
Itthīnaṁ purisānañca, На свет явился Татхагата.
ye te sāsanakārakā.
Tesaṁ kho vata atthāya, Поистине во благо бхиккху и бхиккхуни,
bodhimajjhagamā muni; Родился он — кто вечный зрит закон,
Bhikkhūnaṁ bhikkhunīnañca, Достигший Пробужденья Татхагата.
ye nirāmagataddasā.
Sudesitā cakkhumatā, Славно возвещены Четыре благородные истины
buddhenādiccabandhunā; Тем, кто зрит, Пробуждённым,
Cattāri ariyasaccāni, Солнца потомком,
anukampāya pāṇinaṁ. Из сострадания:
Dukkhaṁ dukkhasamuppādaṁ, Страданье, зарождение страданья,
Dukkhassa ca atikkamaṁ; Унятие страданья
Ariyaṁ caṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ, И благородный путь,
Dukkhūpasamagāminaṁ. К унятию страданья что ведёт.
Evamete tathā vuttā, Услышав их,
diṭṭhā me te yathā tathā; Я знанием прямым те Истины постиг,
Sadattho me anuppatto, Исполнил назначение своё,
kataṁ buddhassa sāsanaṁ. Исполнил я заветы Бхагавана.
Svāgataṁ vata me āsi, И это стало благословеньем для меня —
mama buddhassa santike; Быть подле Будды:
Suvibhattesu dhammesu, Средь лучших всех вещей сумел я наилучшее обресть.
yaṁ seṭṭhaṁ tadupāgamiṁ.
Abhiññāpāramippatto, Чудесные обрёл я силы,
sotadhātu visodhitā; Божественное око.
Tevijjo iddhipattomhi, Трёх знаний я достиг,
cetopariyakovido”. Умы других существ я постигаю.
“Pucchāmi satthāramanomapaññaṁ, Я вопросил учителя,
Diṭṭheva dhamme yo vicikicchānaṁ chettā; Непревзойдённого в мудрости,
Aggāḷave kālamakāsi bhikkhu, Умер ли бхиккху из Аггалавы,
Ñāto yasassī abhinibbutatto. Что был прославлен и достиг Прохлады.
Nigrodhakappo iti tassa nāmaṁ, Нигродхакаппой звали его, о Бхагаван;
Tayā kataṁ bhagavā brāhmaṇassa;
So taṁ namassaṁ acari mutyapekho, Он был усерден, твёрдо в Учении стоял,
Āraddhavīriyo daḷhadhammadassī. Вас бесконечно почитал.
Taṁ sāvakaṁ sakka mayampi sabbe, О Сакка, о всевидящий,
Aññātumicchāma samantacakkhu; Мы знать хотим о том ученике,
Samavaṭṭhitā no savanāya sotā, Готовы наши уши слышать,
Tuvaṁ no satthā tvamanuttarosi. Ведь вы всё видите, Развейте наши вы сомненья.
Chinda no vicikicchaṁ brūhi metaṁ,
Parinibbutaṁ vedaya bhūripañña;
Majjheva no bhāsa samantacakkhu,
Sakkova devāna sahassanetto.
Ye keci ganthā idha mohamaggā, Всех уз, неведения,
Aññāṇapakkhā vicikicchaṭhānā; Вещей непознанных и колебаний —
Tathāgataṁ patvā na te bhavanti, Их нет для Татхагаты,
Cakkhuñhi etaṁ paramaṁ narānaṁ. Чей глаз самый зоркий средь людей.
No ce hi jātu puriso kilese, Когда б не он, не разрушитель омрачений,
Vāto yathā abbhaghanaṁ vihāne; Что, словно ветер, разгоняет тучи,
Tamovassa nivuto sabbaloko, Тогда не воссиял бы свет в сём мире,
Jotimantopi na pabhāseyyuṁ. И даже люди славные сиять бы не смогли.
Dhīrā ca pajjotakarā bhavanti, О царь, о светоч, Муни,
Taṁ taṁ ahaṁ vīra tatheva maññe; Вы — лишь один,
Vipassinaṁ jānamupāgamimha, Вы знаете, вы видите,
Parisāsu no āvikarohi kappaṁ. Поведайте нам о судьбе Каппы.
Khippaṁ giraṁ eraya vaggu vagguṁ, Ваш голос сладок,
Haṁsova paggayha saṇikaṁ nikūja; Словно воркованье птицы,
Bindussarena suvikappitena,
Sabbeva te ujjugatā suṇoma. Нам так приятно его слышать.
Pahīnajātimaraṇaṁ asesaṁ,
Niggayha dhonaṁ vadessāmi dhammaṁ;
Na kāmakāro hi puthujjanānaṁ, Обычные люди желанья свои исполнить не в силах,
Saṅkheyyakāro ca tathāgatānaṁ. Но Татхагаты устремления сбываются всегда.
Sampannaveyyākaraṇaṁ tavedaṁ, Закон ваше слово, его мы примем,
Samujjupaññassa samuggahītaṁ; Для нас влияния превыше нет.
Ayamañjali pacchimo suppaṇāmito, Мы руки в анджали почтенно сложили,
Mā mohayī jānamanomapañña. Прошу — не томите нас.
Paroparaṁ ariyadhammaṁ viditvā, Вы знаете Закон от начала и до завершенья,
Mā mohayī jānamanomavīriya; Непревзойдённы вы в усердье.
Vāriṁ yathā ghammani ghammatatto, Как измученный зноем путник ищет воду,
Vācābhikaṅkhāmi sutaṁ pavassa. Так ждём мы вашей речи.
Yadatthikaṁ brahmacariyaṁ acarī, Ведь не напрасно Каппаяна жизнь беспорочную прожил?
Kappāyano kaccissataṁ amoghaṁ; Достиг Ниббаны он или остались пятна в нём?
Nibbāyi so ādu saupādiseso,
Yathā vimutto ahu taṁ suṇoma”. Поведайте же нам, как был освобождён он!
“Acchecchi taṇhaṁ idha nāmarūpe, «Отрезал тягу он к уму и телу, —
(iti bhagavā) Так отвечал им Бхагаван, —
Kaṇhassa sotaṁ dīgharattānusayitaṁ; Ту жажду, что хранилась долго в нём».
Atāri jātiṁ maraṇaṁ asesaṁ, «Он превозмог рождение и смерть», —
Iccabravi bhagavā pañcaseṭṭho”. Так говорил Он, высший из пяти.
“Esa sutvā pasīdāmi, Услышав ваш ответ,
vaco te isisattama; О Провидец, я верю:
Amoghaṁ kira me puṭṭhaṁ, Не зря я задал вопрос,
na maṁ vañcesi brāhmaṇo. Брахман не вверг в заблужденье меня.
Yathā vādī tathā kārī, Он, ученик ваш, верен был своему слову,
ahu buddhassa sāvako; Он сети Мары разорвал.
Acchecchi maccuno jālaṁ, Узрел он корень цепляния,
tataṁ māyāvino daḷhaṁ. Великий водоворот он пересёк.
Addasa bhagavā ādiṁ,
upādānassa kappiyo;
Accagā vata kappāno,
maccudheyyaṁ suduttaraṁ.
Taṁ devadevaṁ vandāmi, Склоняюсь пред стопами вашими, о лучший средь богов,
puttaṁ te dvipaduttama; Склоняюсь пред сыном вашим, лучшим из двуногих,
Anujātaṁ mahāvīraṁ, Героем, рождённым в ваших следах,
nāgaṁ nāgassa orasan”ti. Наги Отроком.
Itthaṁ sudaṁ āyasmā vaṅgīso thero gāthāyo abhāsitthāti.
Mahānipāto niṭṭhito.
Tatruddānaṁ
Sattatimhi nipātamhi,
vaṅgīso paṭibhāṇavā;
Ekova thero natthañño,
gāthāyo ekasattatīti.
Niṭṭhitā theragāthāyo.
Tatruddānaṁ
Sahassaṁ honti tā gāthā,
tīṇi saṭṭhisatāni ca;
Therā ca dve satā saṭṭhi,
cattāro ca pakāsitā.
Sīhanādaṁ naditvāna,
buddhaputtā anāsavā;
Khemantaṁ pāpuṇitvāna,
aggikhandhāva nibbutāti.
Theragāthāpāḷi niṭṭhitā.