Other Translations: Deutsch , English
From:
Majjhima Nikāya 74 Мадджхима Никая 74
Dīghanakhasutta К Дигханакхе
Evaṁ me sutaṁ—Так я слышал.
ekaṁ samayaṁ bhagavā rājagahe viharati gijjhakūṭe pabbate sūkarakhatāyaṁ. Однажды Благословенный проживал в Раджагахе, в Кабаньей пещере на горе Пик Грифов.
Atha kho dīghanakho paribbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṁ sammodi. И тогда странник Дигханакха отправился к Благословенному и обменялся с ним приветствиями.
Sammodanīyaṁ kathaṁ sāraṇīyaṁ vītisāretvā ekamantaṁ aṭṭhāsi. Ekamantaṁ ṭhito kho dīghanakho paribbājako bhagavantaṁ etadavoca: После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он встал рядом и сказал Благословенному:
“ahañhi, bho gotama, evaṁvādī evaṁdiṭṭhi: «Господин Готама, моя доктрина и воззрение таковы:
‘sabbaṁ me nakkhamatī’”ti. «Нет ничего, с чем я согласен».
“Yāpi kho te esā, aggivessana, diṭṭhi: «Аггивессана, а это твоё воззрение:
‘sabbaṁ me nakkhamatī’ti, esāpi te diṭṭhi nakkhamatī”ti? «Нет ничего, с чем я согласен» – разве хотя бы это воззрение не является тем, с чем ты согласен?»
“Esā ce me, bho gotama, diṭṭhi khameyya, taṁpassa tādisameva, taṁpassa tādisamevā”ti. «Если бы я был согласен с этим своим воззрением, господин Готама, то оно было бы тем же самым, оно было бы тем же самым».
“Ato kho te, aggivessana, bahū hi bahutarā lokasmiṁ ye evamāhaṁsu: «Что же, Аггивессана, много в мире тех, кто говорит:
‘taṁpassa tādisameva, taṁpassa tādisamevā’ti. «Оно было бы тем же самым, оно было бы тем же самым»,
Te tañceva diṭṭhiṁ nappajahanti aññañca diṭṭhiṁ upādiyanti. но всё же они не отбрасывают этого воззрения и принимают какое-то другое воззрение.
Ato kho te, aggivessana, tanū hi tanutarā lokasmiṁ ye evamāhaṁsu: Мало в мире тех, кто говорит:
‘taṁpassa tādisameva, taṁpassa tādisamevā’ti. «Оно было бы тем же самым, оно было бы тем же самым»,
Te tañceva diṭṭhiṁ pajahanti aññañca diṭṭhiṁ na upādiyanti. и кто отбрасывает это воззрение и не принимает какого-либо другого воззрения.
Santaggivessana, eke samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: И есть некие жрецы и отшельники, чья доктрина и воззрение таковы:
‘sabbaṁ me khamatī’ti; «Я согласен со всем».
santaggivessana, eke samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: И есть некие жрецы и отшельники, чья доктрина и воззрение таковы:
‘sabbaṁ me nakkhamatī’ti; «Нет ничего, с чем я согласен».
santaggivessana, eke samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: И есть некие жрецы и отшельники, чья доктрина и воззрение таковы:
‘ekaccaṁ me khamati, ekaccaṁ me nakkhamatī’ti. «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен».
Tatraggivessana, ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: ‘sabbaṁ me khamatī’ti Из них воззрение тех жрецов и отшельников, которые придерживаются такой доктрины и воззрения: «Я согласен со всем» –
tesamayaṁ diṭṭhi sārāgāya santike, saññogāya santike, abhinandanāya santike, ajjhosānāya santike, upādānāya santike; граничит с жаждой, граничит с подневольностью, граничит с наслаждением, граничит с удержанием, граничит с цеплянием.
tatraggivessana ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: ‘sabbaṁ me nakkhamatī’ti Воззрение тех жрецов и отшельников, которые придерживаются такой доктрины и воззрения: «Нет ничего, с чем я согласен»
tesamayaṁ diṭṭhi asārāgāya santike, asaññogāya santike, anabhinandanāya santike, anajjhosānāya santike, anupādānāya santike”ti. граничит с не-жаждой, граничит с не-подневольностью, граничит с не-наслаждением, граничит с не-удержанием, граничит с не-цеплянием.
Evaṁ vutte, dīghanakho paribbājako bhagavantaṁ etadavoca: Когда так было сказано, странник Дигханакха отметил:
“ukkaṁseti me bhavaṁ gotamo diṭṭhigataṁ, samukkaṁseti me bhavaṁ gotamo diṭṭhigatan”ti. «Господин Готама хвалит мою точку зрения, Господин Готама положительно отзывается о моей точке зрения».
“Tatraggivessana, ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: «Аггивессана, что касается тех жрецов и отшельников,
‘ekaccaṁ me khamati, ekaccaṁ me nakkhamatī’ti. которые придерживаются такой доктрины и воззрения: «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен» –
Yā hi tesaṁ khamati sāyaṁ diṭṭhi sārāgāya santike, saññogāya santike, abhinandanāya santike, ajjhosānāya santike, upādānāya santike; то та [часть] их воззрения, что связана с согласием, граничит с жаждой, подневольностью, наслаждением, удержанием, цеплянием.
yā hi tesaṁ nakkhamati sāyaṁ diṭṭhi asārāgāya santike, asaññogāya santike, anabhinandanāya santike, anajjhosānāya santike, anupādānāya santike. А та [часть] их воззрения, что связана с несогласием, граничит с не-жаждой, не-подневольностью, не наслаждением, не-удержанием, не-цеплянием.
Tatraggivessana, ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: Аггивессана, среди тех жрецов и отшельников,
‘sabbaṁ me khamatī’ti которые придерживаются такой доктрины и воззрения: «Я согласен со всем»,
tattha viññū puriso iti paṭisañcikkhati: мудрый человек считает так:
‘yā kho me ayaṁ diṭṭhi—«Моё воззрение таково:
sabbaṁ me khamatīti, «Я согласен со всем».
imañce ahaṁ diṭṭhiṁ thāmasā parāmāsā abhinivissa vohareyyaṁ—«Если я упрямо буду цепляться за своё воззрение и заявлять:
idameva saccaṁ moghamaññanti; Только это правда, а всё остальное ошибочно»,
dvīhi me assa viggaho—то тогда я могу сразиться [в дебатах] с другими двумя:
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—sabbaṁ me nakkhamatīti, со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «Нет ничего, с чем я согласен»,
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—ekaccaṁ me khamati, ekaccaṁ me nakkhamatīti—а также со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен».
imehi assa dvīhi viggaho.
Iti viggahe sati vivādo, vivāde sati vighāto, vighāte sati vihesā’. Я смогу сразиться с этими двумя, и когда есть схватка, то есть и дебаты. Когда есть дебаты, то есть и ссоры. Когда есть ссоры, то есть и досада».
Iti so viggahañca vivādañca vighātañca vihesañca attani sampassamāno tañceva diṭṭhiṁ pajahati aññañca diṭṭhiṁ na upādiyati. Так, видя себя в схватке, в дебатах, в ссоре, в досаде, он отбрасывает это воззрение и не принимает какого-либо другого воззрения.
Evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ pahānaṁ hoti, evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ paṭinissaggo hoti. Вот как происходит отбрасывание этих воззрений. Вот как происходит оставление этих воззрений.
Tatraggivessana, ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: Аггивессана, среди тех жрецов и отшельников,
‘sabbaṁ me nakkhamatī’ti «Нет ничего, с чем я согласен»,
tattha viññū puriso iti paṭisañcikkhati: мудрый человек считает так:
‘yā kho me ayaṁ diṭṭhi—«Моё воззрение таково:
sabbaṁ me nakkhamatīti, «Нет ничего, с чем я согласен».
imañce ahaṁ diṭṭhiṁ thāmasā parāmāsā abhinivissa vohareyyaṁ—«Если я упрямо буду цепляться за своё воззрение и заявлять:
idameva saccaṁ moghamaññanti; Только это правда, а всё остальное ошибочно»,
dvīhi me assa viggaho—то тогда я могу сразиться [в дебатах] с другими двумя:
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—sabbaṁ me khamatīti, со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «Я согласен со всем»,
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—ekaccaṁ me khamati ekaccaṁ me nakkhamatīti—а также со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен».
imehi assa dvīhi viggaho.
Iti viggahe sati vivādo, vivāde sati vighāto, vighāte sati vihesā’. Я смогу сразиться с этими двумя, и когда есть схватка, то есть и дебаты. Когда есть дебаты, то есть и ссоры. Когда есть ссоры, то есть и досада».
Iti so viggahañca vivādañca vighātañca vihesañca attani sampassamāno tañceva diṭṭhiṁ pajahati aññañca diṭṭhiṁ na upādiyati. Так, видя себя в схватке, в дебатах, в ссоре, в досаде, он отбрасывает это воззрение и не принимает какого-либо другого воззрения.
Evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ pahānaṁ hoti, evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ paṭinissaggo hoti. Вот как происходит отбрасывание этих воззрений. Вот как происходит оставление этих воззрений.
Tatraggivessana, ye te samaṇabrāhmaṇā evaṁvādino evaṁdiṭṭhino: Аггивессана, среди тех жрецов и отшельников,
‘ekaccaṁ me khamati, ekaccaṁ me nakkhamatī’ti которые придерживаются такой доктрины и воззрения: «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен» –
tattha viññū puriso iti paṭisañcikkhati: мудрый человек считает так:
‘yā kho me ayaṁ diṭṭhi—«Моё воззрение таково:
ekaccaṁ me khamati, ekaccaṁ me nakkhamatīti, «С чем-то я согласен, а с чем-то я не согласен».
imañce ahaṁ diṭṭhiṁ thāmasā parāmāsā abhinivissa vohareyyaṁ—«Если я упрямо буду цепляться за своё воззрение и заявлять:
idameva saccaṁ moghamaññanti; Только это правда, а всё остальное ошибочно»,
dvīhi me assa viggaho—то тогда я могу сразиться [в дебатах] с другими двумя:
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—sabbaṁ me khamatīti, со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «Я согласен со всем»,
yo cāyaṁ samaṇo vā brāhmaṇo vā evaṁvādī evaṁdiṭṭhi—sabbaṁ me nakkhamatīti—а также со жрецом или отшельником, который придерживается доктрины и воззрения: «Нет ничего, с чем я согласен»,
imehi assa dvīhi viggaho.
Iti viggahe sati vivādo, vivāde sati vighāto, vighāte sati vihesā’. Я смогу сразиться с этими двумя, и когда есть схватка, то есть и дебаты. Когда есть дебаты, то есть и ссоры. Когда есть ссоры, то есть и досада».
Iti so viggahañca vivādañca vighātañca vihesañca attani sampassamāno tañceva diṭṭhiṁ pajahati aññañca diṭṭhiṁ na upādiyati. Так, видя себя в схватке, в дебатах, в ссоре, в досаде, он отбрасывает это воззрение и не принимает какого-либо другого воззрения.
Evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ pahānaṁ hoti, evametāsaṁ diṭṭhīnaṁ paṭinissaggo hoti. Вот как происходит отбрасывание этих воззрений. Вот как происходит оставление этих воззрений.
Ayaṁ kho panaggivessana, kāyo rūpī cātumahābhūtiko mātāpettikasambhavo odanakummāsūpacayo aniccucchādanaparimaddanabhedanaviddhaṁsanadhammo, aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato samanupassitabbo. Аггивессана, это тело, состоящее из материальной формы, состоящее из четырёх великих элементов, порождённое отцом и матерью – выстроено из варёного риса и каши, подвержено непостоянству, износу, стиранию, распаду и разложению. К нему нужно относиться как к непостоянному, как к страданию, как к опухоли, как к [отравленному] дротику, как к бедствию, как к болезненности, как к чужому, как к распадающемуся, как к пустому, как к безличностному.
Tassimaṁ kāyaṁ aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato samanupassato yo kāyasmiṁ kāyachando kāyasneho kāyanvayatā sā pahīyati. Когда кто-либо относится к этому телу так, то тогда он отбрасывает желание к телу, влечение к телу, раболепие перед телом.
Tisso kho imā, aggivessana, vedanā—Аггивессана, есть три вида чувства:
sukhā vedanā, dukkhā vedanā, adukkhamasukhā vedanā. приятное чувство, болезненное чувство и ни-приятное-ни-болезненное чувство.
Yasmiṁ, aggivessana, samaye sukhaṁ vedanaṁ vedeti, neva tasmiṁ samaye dukkhaṁ vedanaṁ vedeti, na adukkhamasukhaṁ vedanaṁ vedeti; Когда человек чувствует приятное чувство, он не чувствует ни болезненного, ни ни-приятного-ни-болезненного чувства.
sukhaṁyeva tasmiṁ samaye vedanaṁ vedeti. В этом случае он чувствует только приятное чувство.
Yasmiṁ, aggivessana, samaye dukkhaṁ vedanaṁ vedeti, neva tasmiṁ samaye sukhaṁ vedanaṁ vedeti, na adukkhamasukhaṁ vedanaṁ vedeti; Когда человек чувствует болезненное чувство, он не чувствует ни приятного, ни ни-приятного-ни-болезненного чувства.
dukkhaṁyeva tasmiṁ samaye vedanaṁ vedeti. В этом случае он чувствует только болезненное чувство.
Yasmiṁ, aggivessana, samaye adukkhamasukhaṁ vedanaṁ vedeti, neva tasmiṁ samaye sukhaṁ vedanaṁ vedeti, na dukkhaṁ vedanaṁ vedeti; Когда человек чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он не чувствует ни приятного, ни болезненного чувства.
adukkhamasukhaṁyeva tasmiṁ samaye vedanaṁ vedeti. В этом случае он чувствует только ни-приятное-ни-болезненное чувство.
Sukhāpi kho, aggivessana, vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā; Приятное, болезненное и ни-приятное-ни-болезненное чувство, Аггивессана, является непостоянным, обусловленным, возникшим зависимо, подверженным уничтожению, исчезновению, угасанию и прекращению.
dukkhāpi kho, aggivessana, vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā;
adukkhamasukhāpi kho, aggivessana, vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā.
Evaṁ passaṁ, aggivessana, sutavā ariyasāvako sukhāyapi vedanāya nibbindati, dukkhāyapi vedanāya nibbindati, adukkhamasukhāyapi vedanāya nibbindati; Видя так, хорошо обученный благородный ученик теряет очарованность приятным чувством, очарованность болезненным чувством, очарованность ни-приятным-ни-болезненным чувством.
nibbindaṁ virajjati, virāgā vimuccati. Vimuttasmiṁ, vimuttamiti ñāṇaṁ hoti. Утратив очарованность, он становится беспристрастным. Посредством беспристрастия [его ум] освобождается. Когда он освободился, приходит знание: «Он освобождён».
‘Khīṇā jāti, vusitaṁ brahmacariyaṁ, kataṁ karaṇīyaṁ, nāparaṁ itthattāyā’ti pajānāti. Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования».
Evaṁ vimuttacitto kho, aggivessana, bhikkhu na kenaci saṁvadati, na kenaci vivadati, yañca loke vuttaṁ tena voharati, aparāmasan”ti. Аггивессана, монах, чей ум освобождён так, не принимает чью-либо сторону и ни с кем не спорит. Он использует речь, употребляемую в мире, не цепляясь за неё».
Tena kho pana samayena āyasmā sāriputto bhagavato piṭṭhito ṭhito hoti bhagavantaṁ bījayamāno. В то время достопочтенный Сарипутта стоял позади Благословенного, обмахивая его.
Atha kho āyasmato sāriputtassa etadahosi: Тогда он подумал:
“tesaṁ tesaṁ kira no bhagavā dhammānaṁ abhiññā pahānamāha, tesaṁ tesaṁ kira no sugato dhammānaṁ abhiññā paṭinissaggamāhā”ti. «Воистину, Благословленный говорит об оставлении этих трёх вещей посредством прямого знания».
Iti hidaṁ āyasmato sāriputtassa paṭisañcikkhato anupādāya āsavehi cittaṁ vimucci. И когда достопочтенный Сарипутта обдумал это, его ум освободился от пятен [загрязнений ума] посредством не-цепляния.
Dīghanakhassa pana paribbājakassa virajaṁ vītamalaṁ dhammacakkhuṁ udapādi: Но в страннике Дигханакхе возникло незапятнанное безупречное видение Дхаммы:
“yaṁ kiñci samudayadhammaṁ sabbaṁ taṁ nirodhadhamman”ti. «Всё что подвержено происхождению, также подвержено и прекращению».
Atha kho dīghanakho paribbājako diṭṭhadhammo pattadhammo viditadhammo pariyogāḷhadhammo tiṇṇavicikiccho vigatakathaṅkatho vesārajjappatto aparappaccayo satthusāsane bhagavantaṁ etadavoca: Странник Дигханакха увидел Дхамму, постиг Дхамму, понял Дхамму и проник в Дхамму, вышел за пределы сомнений, избавился от замешательства, стал уверенным в себе и независимым от других [в отношении] учения Учителя. Тогда он сказал Благословенному:
“abhikkantaṁ, bho gotama, abhikkantaṁ, bho gotama. «Великолепно, господин Готама! Великолепно!
Seyyathāpi, bho gotama, nikkujjitaṁ vā ukkujjeyya, paṭicchannaṁ vā vivareyya, mūḷhassa vā maggaṁ ācikkheyya, andhakāre vā telapajjotaṁ dhāreyya: ‘cakkhumanto rūpāni dakkhantī’ti; evameva kho bhotā gotamena anekapariyāyena dhammo pakāsito. Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также господин Готама различными способами прояснил Дхамму.
Esāhaṁ bhavantaṁ gotamaṁ saraṇaṁ gacchāmi dhammañca bhikkhusaṅghañca. Я принимаю прибежище в господине Готаме, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе монахов.
Upāsakaṁ maṁ bhavaṁ gotamo dhāretu ajjatagge pāṇupetaṁ saraṇaṁ gatan”ti. Пусть Благословенный помнит меня как мирского последователя, принявшего в нём прибежище с этого дня и на всю жизнь».
Dīghanakhasuttaṁ niṭṭhitaṁ catutthaṁ.