Other Translations: English
From:
Majjhima Nikāya 92 Мадджхима Никая 92
Selasutta К Селе
Evaṁ me sutaṁ—Так я слышал.
ekaṁ samayaṁ bhagavā aṅguttarāpesu cārikaṁ caramāno mahatā bhikkhusaṅghena saddhiṁ aḍḍhateḷasehi bhikkhusatehi yena āpaṇaṁ nāma aṅguttarāpānaṁ nigamo tadavasari. Однажды Благословенный путешествовал по стране Ангуттарапанов вместе с большой общиной монахов, с тысячью двумястами пятьюдесятью монахами, и со временем прибыл в город Ангуттарапанов под названием Апана.
Assosi kho keṇiyo jaṭilo: Отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения услышал:
“samaṇo khalu, bho, gotamo sakyaputto sakyakulā pabbajito aṅguttarāpesu cārikaṁ caramāno mahatā bhikkhusaṅghena saddhiṁ aḍḍhateḷasehi bhikkhusatehi āpaṇaṁ anuppatto. «Отшельник Готама, сын Сакьев, ушедший из клана Сакьев в бездомную жизнь, странствовал по стране Ангуттарапанов с большой общиной монахов, с тысячью двумястами пятьюдесятью монахами, и прибыл в Апану.
Taṁ kho pana bhavantaṁ gotamaṁ evaṁ kalyāṇo kittisaddo abbhuggato: И об этом господине Готаме распространилась такая славная молва:
‘itipi so bhagavā arahaṁ sammāsambuddho vijjācaraṇasampanno sugato lokavidū anuttaro purisadammasārathi satthā devamanussānaṁ buddho bhagavā’ti. «Благословенный – это тот, кто достиг совершенства, полностью просветлённый, совершенный в истинном знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый вожак тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный».
So imaṁ lokaṁ sadevakaṁ samārakaṁ sabrahmakaṁ sassamaṇabrāhmaṇiṁ pajaṁ sadevamanussaṁ sayaṁ abhiññā sacchikatvā pavedeti. Он провозглашает этот мир с его богами и людьми, Марами и Брахмами, с его поколением жрецов и отшельников, князей и [простых] людей, который он сам реализовал посредством прямого знания.
So dhammaṁ deseti ādikalyāṇaṁ majjhekalyāṇaṁ pariyosānakalyāṇaṁ sātthaṁ sabyañjanaṁ, kevalaparipuṇṇaṁ parisuddhaṁ brahmacariyaṁ pakāseti. Он обучает Дхамме – прекрасной в начале, прекрасной в середине и прекрасной в конце – в правильных значениях и формулировках. Он раскрывает святую жизнь, всецело совершенную и чистую.
Sādhu kho pana tathārūpānaṁ arahataṁ dassanaṁ hotī”ti. Хорошо было бы увидеть таких арахантов».
Atha kho keṇiyo jaṭilo yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṁ sammodi. И тогда отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения отправился к Благословенному и обменялся с ним приветствиями,
Sammodanīyaṁ kathaṁ sāraṇīyaṁ vītisāretvā ekamantaṁ nisīdi. после обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом.
Ekamantaṁ nisinnaṁ kho keṇiyaṁ jaṭilaṁ bhagavā dhammiyā kathāya sandassesi samādapesi samuttejesi sampahaṁsesi. И Благословенный понуждал, побуждал и радовал его беседой по Дхамме.
Atha kho keṇiyo jaṭilo bhagavatā dhammiyā kathāya sandassito samādapito samuttejito sampahaṁsito bhagavantaṁ etadavoca: И затем, наставленный, понуждённый, побуждённый и порадованный беседой по Дхамме, отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения сказал Благословенному:
“adhivāsetu me bhavaṁ gotamo svātanāya bhattaṁ saddhiṁ bhikkhusaṅghenā”ti. «Пусть господин Готама вместе с общиной монахов согласится принять от меня приглашение на завтрашний обед».
Evaṁ vutte, bhagavā keṇiyaṁ jaṭilaṁ etadavoca: Когда так было сказано, Благословенный ответил:
“mahā kho, keṇiya, bhikkhusaṅgho aḍḍhateḷasāni bhikkhusatāni, tvañca brāhmaṇesu abhippasanno”ti. «Община монахов огромна, Кения, состоит из тысячи двухсот пятидесяти монахов, а ты выражаешь полное доверие брахманам».
Dutiyampi kho keṇiyo jaṭilo bhagavantaṁ etadavoca: И во второй раз отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения сказал Благословенному:
“kiñcāpi kho, bho gotama, mahā bhikkhusaṅgho aḍḍhateḷasāni bhikkhusatāni, ahañca brāhmaṇesu abhippasanno; «Хоть община монахов и огромна, господин Готама, и состоит из тысячи двухсот пятидесяти монахов, и хотя я выражаю полное доверие брахманам,
adhivāsetu me bhavaṁ gotamo svātanāya bhattaṁ saddhiṁ bhikkhusaṅghenā”ti. всё равно пусть господин Готама вместе с общиной монахов согласится принять от меня приглашение на завтрашний обед».
Dutiyampi kho bhagavā keṇiyaṁ jaṭilaṁ etadavoca: И во второй раз… Благословенный дал тот же ответ.
“mahā kho, keṇiya, bhikkhusaṅgho aḍḍhateḷasāni bhikkhusatāni, tvañca brāhmaṇesu abhippasanno”ti.
Tatiyampi kho keṇiyo jaṭilo bhagavantaṁ etadavoca: И в третий раз отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения сказал Благословенному:
“kiñcāpi kho, bho gotama, mahā bhikkhusaṅgho aḍḍhateḷasāni bhikkhusatāni, ahañca brāhmaṇesu abhippasanno; «Хоть община монахов и огромна, господин Готама, и состоит из тысячи двухсот пятидесяти монахов, и хотя я выражаю полное доверие брахманам,
adhivāsetu me bhavaṁ gotamo svātanāya bhattaṁ saddhiṁ bhikkhusaṅghenā”ti. всё равно пусть господин Готама вместе с общиной монахов согласится принять от меня приглашение на завтрашний обед».
Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena. Благословенный молча согласился.
Atha kho keṇiyo jaṭilo bhagavato adhivāsanaṁ viditvā uṭṭhāyāsanā yena sako assamo tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā mittāmacce ñātisālohite āmantesi: И тогда, осознав, что Благословенный согласился, отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения поднялся со своего сиденья и отправился в свою собственную хижину отшельника, Где обратился к своим друзьям и товарищам, родственникам и родным:
“suṇantu me bhonto, mittāmaccā ñātisālohitā; «Услышьте меня, почтенные, мои друзья и товарищи, родственники и родные!
samaṇo me gotamo nimantito svātanāya bhattaṁ saddhiṁ bhikkhusaṅghena. Отшельник Готама вместе с Сангхой монахов был приглашён мной на завтрашний обед.
Yena me kāyaveyyāvaṭikaṁ kareyyāthā”ti. Сделайте для меня необходимые закупки и приготовления».
“Evaṁ, bho”ti kho keṇiyassa jaṭilassa mittāmaccā ñātisālohitā keṇiyassa jaṭilassa paṭissutvā appekacce uddhanāni khaṇanti, appekacce kaṭṭhāni phālenti, appekacce bhājanāni dhovanti, appekacce udakamaṇikaṁ patiṭṭhāpenti, appekacce āsanāni paññapenti. «Да, почтенный», – отвечали они. Кто-то стал выкапывать печи, кто-то рубить деревья, кто-то мыть посуду, кто-то выставлять кувшины с водой, кто-то готовил сиденья,
Keṇiyo pana jaṭilo sāmaṁyeva maṇḍalamālaṁ paṭiyādeti. тогда как сам отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения устанавливал шатёр.
Tena kho pana samayena selo brāhmaṇo āpaṇe paṭivasati tiṇṇaṁ vedānaṁ pāragū sanighaṇḍukeṭubhānaṁ sākkharappabhedānaṁ itihāsapañcamānaṁ, padako, veyyākaraṇo, lokāyatamahāpurisalakkhaṇesu anavayo, tīṇi ca māṇavakasatāni mante vāceti. И в то время брахман Села пребывал в Апане. Он был знатоком Трёх Вед в их словарях, литургии, фонологии, этимологии, и исторей как пятое. Он хорошо знал филологию, грамматику и был прекрасно сведущ в натурфилософии и в знаках Великого Человека, и обучал декламации гимнов три сотни брахманских учеников.
Tena kho pana samayena keṇiyo jaṭilo sele brāhmaṇe abhippasanno hoti. И в то время отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения выражал полное доверие брахману Селе.
Atha kho selo brāhmaṇo tīhi māṇavakasatehi parivuto jaṅghāvihāraṁ anucaṅkamamāno anuvicaramāno yena keṇiyassa jaṭilassa assamo tenupasaṅkami. И в то время отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения выражал полное доверие брахману Селе.
Addasā kho selo brāhmaṇo keṇiyassa jaṭilassa assame appekacce uddhanāni khaṇante, appekacce kaṭṭhāni phālente, appekacce bhājanāni dhovante, appekacce udakamaṇikaṁ patiṭṭhāpente, appekacce āsanāni paññapente, keṇiyaṁ pana jaṭilaṁ sāmaṁyeva maṇḍalamālaṁ paṭiyādentaṁ. Там он увидел как кто-то выкапывает печи, кто-то рубит деревья, кто-то моет посуду, кто-то выставляет кувшины с водой, кто-то готовит сиденья, тогда как сам отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения устанавливает шатёр.
Disvāna keṇiyaṁ jaṭilaṁ etadavoca: Когда он увидел это, он спросил отшельника со спутанными волосами [по имени] Кения:
“kiṁ nu bhoto keṇiyassa āvāho vā bhavissati vivāho vā bhavissati mahāyañño vā paccupaṭṭhito, rājā vā māgadho seniyo bimbisāro nimantito svātanāya saddhiṁ balakāyenā”ti? «Господин Кения женится или выдаёт замуж? Или [готовится] великое жертвование? Или царь Сения Бимбисара из Магадхи был приглашён со своей большой свитой на завтрашний обед?»
“Na me, bho sela, āvāho bhavissati napi vivāho bhavissati napi rājā māgadho seniyo bimbisāro nimantito svātanāya saddhiṁ balakāyena; «Я не женюсь, не выдаю замуж, господин Села, и царь Сения Бимбисара из Магадхи не был приглашён со своей большой свитой на завтрашний обед.
api ca kho me mahāyañño paccupaṭṭhito. Но я планирую великое жертвование.
Atthi, bho, samaṇo gotamo sakyaputto sakyakulā pabbajito aṅguttarāpesu cārikaṁ caramāno mahatā bhikkhusaṅghena saddhiṁ aḍḍhateḷasehi bhikkhusatehi āpaṇaṁ anuppatto. Отшельник Готама, сын Сакьев, ушедший из клана Сакьев в бездомную жизнь, путешествовал по стране Ангуттарапанов с большой общиной монахов, с тысячью двумястами пятьюдесятью монахами, и прибыл в Апану.
Taṁ kho pana bhavantaṁ gotamaṁ evaṁ kalyāṇo kittisaddo abbhuggato: И об этом господине Готаме распространилась такая славная молва:
‘itipi so bhagavā arahaṁ sammāsambuddho vijjācaraṇasampanno sugato lokavidū anuttaro purisadammasārathi satthā devamanussānaṁ buddho bhagavā’ti. «Благословенный – это тот, кто достиг совершенства, полностью просветлённый, совершенный в истинном знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый вожак тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный».
So me nimantito svātanāya bhattaṁ saddhiṁ bhikkhusaṅghenā”ti. Он был приглашён мной на завтрашний обед вместе с общиной монахов».
“Buddhoti—bho keṇiya, vadesi”? «Ты сказал «Будда», Кения?»
“Buddhoti—bho sela, vadāmi”. «Я сказал «Будда», Села».
“Buddhoti—bho keṇiya, vadesi”? «Ты сказал «Будда», Кения?»
“Buddhoti—bho sela, vadāmī”ti. «Я сказал «Будда», Села».
Atha kho selassa brāhmaṇassa etadahosi: И тогда мысль пришла к брахману Селе:
“ghosopi kho eso dullabho lokasmiṁ—yadidaṁ ‘buddho’ti. «Даже звучание [этого слова] «Будда» редко встречается в мире.
Āgatāni kho panamhākaṁ mantesu dvattiṁsamahāpurisalakkhaṇāni, yehi samannāgatassa mahāpurisassa dveyeva gatiyo bhavanti anaññā. А в наших гимнах дошли до нас тридцать два знака Великого Человека. У Великого Человека, который наделён ими, есть только две возможных участи, и нет других.
Sace agāraṁ ajjhāvasati, rājā hoti cakkavattī dhammiko dhammarājā cāturanto vijitāvī janapadatthāvariyappatto sattaratanasamannāgato. Если он живёт домохозяйской жизнью, он станет царём-миродержцем, праведным царём, который правит Дхаммой, покорителем четырёх сторон света, всепобедившим, утвердившим порядок в своей стране, владеющим семью сокровищами.
Tassimāni satta ratanāni bhavanti, seyyathidaṁ—У него есть эти семь сокровищ:
cakkaratanaṁ, hatthiratanaṁ, assaratanaṁ, maṇiratanaṁ, itthiratanaṁ, gahapatiratanaṁ, pariṇāyakaratanameva sattamaṁ. сокровище-колесо, сокровище-слон, сокровище-конь, сокровище-самоцвет, сокровище-женщина, сокровище-распорядитель, сокровище-советник в качестве седьмого.
Parosahassaṁ kho panassa puttā bhavanti sūrā vīraṅgarūpā parasenappamaddanā. У него более тысячи сыновей-героев, покорителей вражеских армий.
So imaṁ pathaviṁ sāgarapariyantaṁ adaṇḍena asatthena dhammena abhivijiya ajjhāvasati. Он правит, покорив эту охваченную морями землю, без палки и оружия, а только Дхаммой.
Sace pana agārasmā anagāriyaṁ pabbajati, arahaṁ hoti sammāsambuddho loke vivaṭṭacchado”. Но если он оставляет жизнь домохозяйскую ради бездомной, то он станет Совершенным, Полностью Просветлённым, который сдёрнет завесу [неведения] с мира».
“Kahaṁ pana, bho keṇiya, etarahi so bhavaṁ gotamo viharati arahaṁ sammāsambuddho”ti? [И тогда он сказал]: «Мой дорогой Кения, где сейчас проживает господин Готама, совершенный и полностью просветлённый?»
Evaṁ vutte, keṇiyo jaṭilo dakkhiṇaṁ bāhuṁ paggahetvā selaṁ brāhmaṇaṁ etadavoca: Когда так было сказано, отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения вытянул свою правую руку и сказал:
“yenesā, bho sela, nīlavanarājī”ti. «Вон там, где та зелёная полоса рощи, господин Села».
Atha kho selo brāhmaṇo tīhi māṇavakasatehi saddhiṁ yena bhagavā tenupasaṅkami. И тогда брахман Села вместе с тремя сотнями брахманских учеников отправился к Благословенному.
Atha kho selo brāhmaṇo te māṇavake āmantesi: Он обратился к брахманским ученикам:
“appasaddā bhonto āgacchantu pade padaṁ nikkhipantā; «Подходите тише, почтенные, ступайте аккуратнее.
durāsadā hi te bhagavanto sīhāva ekacarā. Ведь к этим Благословенным трудно подступиться, [они] как лев, который бродит в одиночку.
Yadā cāhaṁ, bho, samaṇena gotamena saddhiṁ manteyyaṁ, mā me bhonto antarantarā kathaṁ opātetha. Когда я буду говорить с отшельником Готамой, не встревайте и не перебивайте меня,
Kathāpariyosānaṁ me bhavanto āgamentū”ti. но ждите, пока разговор закончится».
Atha kho selo brāhmaṇo yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṁ sammodi. И тогда брахман Села отправился к Благословенному и обменялся с ним приветствиями.
Sammodanīyaṁ kathaṁ sāraṇīyaṁ vītisāretvā ekamantaṁ nisīdi. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом
Ekamantaṁ nisinno kho selo brāhmaṇo bhagavato kāye dvattiṁsamahāpurisalakkhaṇāni samannesi. и стал рассматривать тридцать два знака Великого Человека на теле Благословенного.
Addasā kho selo brāhmaṇo bhagavato kāye dvattiṁsamahāpurisalakkhaṇāni, yebhuyyena ṭhapetvā dve. До той или иной степени ему удалось распознать тридцать два знака на теле Благословенного кроме двух.
Dvīsu mahāpurisalakkhaṇesu kaṅkhati vicikicchati nādhimuccati na sampasīdati—Он сомневался и не был уверен по поводу двух знаков, не мог решить и сделать вывод:
kosohite ca vatthaguyhe pahūtajivhatāya ca. скрыт ли в оболочке мужской орган и действительно ли язык большой.
Atha kho bhagavato etadahosi: И тогда мысль пришла Благословенному:
“passati kho me ayaṁ selo brāhmaṇo dvattiṁsamahāpurisalakkhaṇāni, yebhuyyena ṭhapetvā dve. «Этот брахман Села видит до той или иной степени тридцать два знака Великого Человека на мне, кроме двух.
Dvīsu mahāpurisalakkhaṇesu kaṅkhati vicikicchati nādhimuccati na sampasīdati—Он сомневается и не уверен по поводу двух знаков, не может решить и сделать вывод:
kosohite ca vatthaguyhe pahūtajivhatāya cā”ti. скрыт ли в оболочке мужской орган и действительно ли язык большой».
Atha kho bhagavā tathārūpaṁ iddhābhisaṅkhāraṁ abhisaṅkhāsi, yathā addasa selo brāhmaṇo bhagavato kosohitaṁ vatthaguyhaṁ. И тогда Благословенный совершил такое чудо посредством сверхъестественных сил, что брахман Села увидел, что мужской орган Благословенного скрыт в оболочке.
Atha kho bhagavā jivhaṁ ninnāmetvā ubhopi kaṇṇasotāni anumasi paṭimasi; ubhopi nāsikasotāni anumasi paṭimasi; kevalampi nalāṭamaṇḍalaṁ jivhāya chādesi. Затем Благословенный высунул язык и поочерёдно дотронулся им до обоих ушей и обеих ноздрей, а затем покрыл своим языком весь лоб.
Atha kho selassa brāhmaṇassa etadahosi: И тогда мысль пришла к брахману Селе:
“samannāgato kho samaṇo gotamo dvattiṁsamahāpurisalakkhaṇehi paripuṇṇehi, no aparipuṇṇehi; «Отшельник Готама наделён тридцатью двумя знаками Великого Человека. Они полные, а не неполные.
no ca kho naṁ jānāmi buddho vā no vā. Но я не знаю, Будда ли он, или же нет.
Sutaṁ kho pana metaṁ brāhmaṇānaṁ vuddhānaṁ mahallakānaṁ ācariyapācariyānaṁ bhāsamānānaṁ: Однако, я слышал от пожилых старейшин-брахманов, которые говорят в соответствии с линией наследия учителей,
‘ye te bhavanti arahanto sammāsambuddhā te sake vaṇṇe bhaññamāne attānaṁ pātukarontī’ti. что те, кто являются совершенными и полностью просветлёнными, раскрывают себя, когда им возносится похвала.
Yannūnāhaṁ samaṇaṁ gotamaṁ sammukhā sāruppāhi gāthāhi abhitthaveyyan”ti. Что, если я вознесу похвалу, [обращаясь] напрямую к отшельнику Готаме, уместными строфами?»
Atha kho selo brāhmaṇo bhagavantaṁ sammukhā sāruppāhi gāthāhi abhitthavi: И тогда он уместными строфами произнёс восхваление, [обращаясь] напрямую к Благословенному:
“Paripuṇṇakāyo suruci, О совершенный в теле; тот, кому благоволят,
Sujāto cārudassano; Кто славно сложен; тот, кого приятно лицезреть;
Suvaṇṇavaṇṇosi bhagavā, Благословенный, цветом золота [блестишь],
Susukkadāṭhosi vīriyavā. Зубы белы твои, а также ты силён.
Narassa hi sujātassa, И каждая видна твоя черта,
ye bhavanti viyañjanā; На хорошо рождённого указывает что,
Sabbe te tava kāyasmiṁ, Можно найти их все на теле на твоём,
mahāpurisalakkhaṇā. Все эти знаки человека, что велик.
Pasannanetto sumukho, Глаза чисты, сияет выражение лица,
brahā uju patāpavā; Ты грациозен, и прямой ты, словно пламя,
Majjhe samaṇasaṅghassa, Средь группы этой всех отшельников других,
ādiccova virocasi. Сверкаешь ты, как солнце, что сияет.
Kalyāṇadassano bhikkhu, Монах, на коего приятно так смотреть,
kañcanasannibhattaco; Кожа которого имеет злата цвет,
Kiṁ te samaṇabhāvena, С редчайшей красотой такой зачем
evaṁ uttamavaṇṇino. Довольным быть отшельнической жизнью?
Rājā arahasi bhavituṁ, Ты годен быть царём и властелином колесниц,
cakkavattī rathesabho; Монархом, непрестанно кто вращает колесо,
Cāturanto vijitāvī, И покорителем всех четырёх сторон,
jambusaṇḍassa issaro. Властителем над рощей дерева Джамбу.
Khattiyā bhogirājāno, И воины, как и все великие князья,
anuyantā bhavantu te; Все будут преданы, услужливы тебе.
Rājābhirājā manujindo, Готама, должен править ты,
rajjaṁ kārehi gotama”. Как царь людей, который выше всех царей.
“Rājāhamasmi selāti, [Благословенный]: Но, Села, я ведь уже царь,
dhammarājā anuttaro; «Я величайший Дхаммы царь,
Dhammena cakkaṁ vattemi, И Дхаммой этой я вращаю колесо,
cakkaṁ appaṭivattiyaṁ”. Ничто не может ведь его остановить.
“Sambuddho paṭijānāsi, [Села]: Так говоришь, что ты всецело просветлён,
dhammarājā anuttaro; «Я величайший Дхаммы царь,
‘Dhammena cakkaṁ vattemi’, И Дхаммой этой я вращаю колесо».
iti bhāsasi gotama. Так говоришь ты, о Готама.
Ko nu senāpati bhoto, Кто твой военачальник, этот ученик,
sāvako satthuranvayo; Который следует учительским путём?
Ko tetamanuvatteti, Кто помогает колесо тебе вращать,
dhammacakkaṁ pavattitaṁ”. Которое в движение приведено тобой?»
“Mayā pavattitaṁ cakkaṁ, «То колесо в движение привёл я сам»,
(selāti bhagavā) – Вот что Благословенный [Селе] отвечал.
Dhammacakkaṁ anuttaraṁ; «Непревзойдённое то Дхаммы колесо,
Sāriputto anuvatteti, мне Сарипутта, сын Татхагаты,
Anujāto tathāgataṁ. вращать помогает.
Abhiññeyyaṁ abhiññātaṁ, Что было нужно, то познал я,
bhāvetabbañca bhāvitaṁ; Что было нужно, то развил,
Pahātabbaṁ pahīnaṁ me, Что было нужно, то оставил,
tasmā buddhosmi brāhmaṇa. И потому, брахман, я – Будда.
Vinayassu mayi kaṅkhaṁ, Так что сомнения во мне развей,
adhimuccassu brāhmaṇa; Решимость место их пускай займёт,
Dullabhaṁ dassanaṁ hoti, Ведь очень трудно [в мире] обрести
sambuddhānaṁ abhiṇhaso. Случается отнюдь не часто.
Yesaṁ ve dullabho loke, Я – Просветлённый Полностью,
pātubhāvo abhiṇhaso; целитель лучший.
Sohaṁ brāhmaṇa sambuddho, Я тот, присутствие чьё в мире
sallakatto anuttaro. Случается отнюдь не часто.
Brahmabhūto atitulo, Что он – святой, и равных нет ему,
mārasenappamaddano; кто орды войска Мары сокрушил, –
Sabbāmitte vasī katvā, И когда всех своих врагов я одолел,
modāmi akutobhayo”. Возрадовался я, лишившись страха.
“Imaṁ bhonto nisāmetha, [Села]: Почтенные, услышьте сказанное им,
yathā bhāsati cakkhumā; Того, кто видит ясно,
Sallakatto mahāvīro, Целителя, могучего героя,
sīhova nadatī vane. что рычит как будто лев в лесу.
Brahmabhūtaṁ atitulaṁ, Что он – святой, и равных нет ему,
mārasenappamaddanaṁ; кто орды войска Мары сокрушил, –
Ko disvā nappasīdeyya, Неужто б не поверил бы ему, когда б узнал,
api kaṇhābhijātiko. пусть даже тот, вне варны кто рождён?
Yo maṁ icchati anvetu, Кто хочет, пусть тогда последует за мной,
yo vā nicchati gacchatu; А кто не хочет, пусть тогда уйдёт.
Idhāhaṁ pabbajissāmi, Ведь посвящение у него я получу,
varapaññassa santike”. У человека с мудростью великой.
“Etañce ruccati bhoto, [Ученики]: О господин, ведь одобряешь ты
sammāsambuddhasāsanaṁ; Учение того, кто просветлён.
Mayampi pabbajissāma, Мы также посвящение получим у него,
varapaññassa santike”. У человека с мудростью великой.
Brāhmaṇā tisatā ime, [Села]: Вот здесь – брахманов триста,
yācanti pañjalīkatā; Молят, руки все сложив:
“Brahmacariyaṁ carissāma, «Можем ли мы вести святую жизнь
bhagavā tava santike”. Благословенный, под учительством твоим?
“Svākkhātaṁ brahmacariyaṁ, [Благословенный]: И провозглашена святая жизнь вся хорошо,
(selāti bhagavā) – Вот что Благословенный [Селе] отвечал.
Sandiṭṭhikamakālikaṁ; [Плоды] увидит здесь, не нужно будет ждать,
Yattha amoghā pabbajjā, Кто с прилежанием тренироваться станет.
Appamattassa sikkhato”ti. И плодотворным будет посвящение его.
Alattha kho selo brāhmaṇo sapariso bhagavato santike pabbajjaṁ, alattha upasampadaṁ. И тогда брахман Села, а также его свита, получили младшее посвящение под [учительством] Благословенного, и они получили высшее посвящение.
Atha kho keṇiyo jaṭilo tassā rattiyā accayena sake assame paṇītaṁ khādanīyaṁ bhojanīyaṁ paṭiyādāpetvā bhagavato kālaṁ ārocāpesi: И потом, когда минула ночь, отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения приготовил разные виды превосходной еды в своей отшельнической хижине, и когда пришло время, объявил Благословенному:
“kālo, bho gotama, niṭṭhitaṁ bhattan”ti. «Господин Готама, время пришло, кушанье готово».
Atha kho bhagavā pubbaṇhasamayaṁ nivāsetvā pattacīvaramādāya yena keṇiyassa jaṭilassa assamo tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā paññatte āsane nisīdi saddhiṁ bhikkhusaṅghena. И тогда, утром, Благословенный оделся, взял чашу и внешнее одеяние и отправился с общиной монахов к отшельнической хижине отшельника со спутанными волосами [по имени] Кения, где сел на подготовленное сиденье.
Atha kho keṇiyo jaṭilo buddhappamukhaṁ bhikkhusaṅghaṁ paṇītena khādanīyena bhojanīyena sahatthā santappesi, sampavāresi. Тогда отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения собственноручно обслужил общину монахов во главе с Буддой различными видами превосходной еды.
Atha kho keṇiyo jaṭilo bhagavantaṁ bhuttāviṁ onītapattapāṇiṁ aññataraṁ nīcaṁ āsanaṁ gahetvā ekamantaṁ nisīdi. Когда Благословенный поел и убрал чашу в сторону, отшельник со спутанными волосами [по имени] Кения выбрал более низкое сиденье и сел рядом.
Ekamantaṁ nisinnaṁ kho keṇiyaṁ jaṭilaṁ bhagavā imāhi gāthāhi anumodi: Тогда Благословенный произнёс для него эти строфы как благословение:
“Aggihuttamukhā yaññā, Сожжённые даяния – слава костров.
sāvittī chandaso mukhaṁ; Савитри же – гимнов ведических то слава.
Rājā mukhaṁ manussānaṁ, Царь – вот что слава для людей.
nadīnaṁ sāgaro mukhaṁ. А море – слава для текущих рек.
Nakkhattānaṁ mukhaṁ cando, Луна – вот будет славой что для звёзд,
ādicco tapataṁ mukhaṁ; Солнце – слава всего, что лучезарно.
Puññaṁ ākaṅkhamānānaṁ, Заслуга – слава тех, кто устремлён.
saṅgho ve yajataṁ mukhan”ti. Сангха – вот слава всех, кто [что-то] дарит.
Atha kho bhagavā keṇiyaṁ jaṭilaṁ imāhi gāthāhi anumoditvā uṭṭhāyāsanā pakkāmi. Когда Благословенный дал благословение этими строфами, он поднялся со своего сиденья и ушёл.
Atha kho āyasmā selo sapariso eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva—yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṁ pabbajanti, tadanuttaraṁ—brahmacariyapariyosānaṁ diṭṭheva dhamme sayaṁ abhiññā sacchikatvā upasampajja vihāsi. И вскоре после получения полного посвящения, пребывая в уединении, в затворничестве, прилежными, старательными, решительными, достопочтенный Села и его свита, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошли и пребывали в высочайшей цели святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной».
“Khīṇā jāti, vusitaṁ brahmacariyaṁ, kataṁ karaṇīyaṁ, nāparaṁ itthattāyā”ti abbhaññāsi. Они напрямую познали: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования».
Aññataro kho panāyasmā selo sapariso arahataṁ ahosi. Так достопочтенный Села со своей свитой стали арахантами.
Atha kho āyasmā selo sapariso yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā ekaṁsaṁ cīvaraṁ katvā yena bhagavā tenañjaliṁ paṇāmetvā bhagavantaṁ gāthāhi ajjhabhāsi: И затем достопочтенный Села вместе со своей свитой отправился к Благословенному. Он закинул своё внешнее одеяние за плечо, сложил ладони в почтительном приветствии Благословенного и сказал:
“Yaṁ taṁ saraṇamāgamma, Всевидящий, прошло уж восемь дней
ito aṭṭhami cakkhumā; Как приняли в тебе прибежище все мы.
Sattarattena bhagavā, Благословенный, эти семь ночей
dantamha tava sāsane. Себя мы укрощали в Дхамме во твоей.
Tuvaṁ buddho tuvaṁ satthā, Ты – Будда, ты – Учитель,
tuvaṁ mārābhibhū muni; Мудрец, что Мару победил.
Tuvaṁ anusaye chetvā, Плохие склонности срубив,
tiṇṇo tāresimaṁ pajaṁ. переступил и человечество Ты за собой ведёшь.
Upadhī te samatikkantā, Все обретения ты смог преодолеть,
āsavā te padālitā; Все пятна устранить сумел.
Sīhova anupādāno, Ты – лев, свободный от цепляний.
pahīnabhayabheravo. Отбросил ты и ужас и боязнь.
Bhikkhavo tisatā ime, Вот здесь – монахов триста.
tiṭṭhanti pañjalīkatā; Все чтят тебя, руки свои сложив.
Pāde vīra pasārehi, Герой, так распрями же ноги,
nāgā vandantu satthuno”ti. Чтобы великие все эти существа смогли б перед Учителем склониться.
Selasuttaṁ niṭṭhitaṁ dutiyaṁ.