Other Translations: English
From:
Majjhima Nikāya 152 Мадджхима Никая 152
Indriyabhāvanāsutta Развитие способностей
Evaṁ me sutaṁ—Так я слышал.
ekaṁ samayaṁ bhagavā gajaṅgalāyaṁ viharati suveḷuvane. Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Каджангале в роще деревьев мукхелу.
Atha kho uttaro māṇavo pārāsiviyantevāsī yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṁ sammodi. И тогда брахман Уттара, ученик брахмана Парасарии, отправился к Благословенному и обменялся с ним приветствиями.
Sammodanīyaṁ kathaṁ sāraṇīyaṁ vītisāretvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinnaṁ kho uttaraṁ māṇavaṁ pārāsiviyantevāsiṁ bhagavā etadavoca: После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом. Тогда Благословенный спросил его:
“deseti, uttara, pārāsiviyo brāhmaṇo sāvakānaṁ indriyabhāvanan”ti? «Уттара, учит ли брахман Парасария своих учеников развитию способностей?»
“Deseti, bho gotama, pārāsiviyo brāhmaṇo sāvakānaṁ indriyabhāvanan”ti. «Учит, господин Готама».
“Yathā kathaṁ pana, uttara, deseti pārāsiviyo brāhmaṇo sāvakānaṁ indriyabhāvanan”ti? «Но, Уттара, как [именно] он учит своих учеников развитию способностей?»
“Idha, bho gotama, cakkhunā rūpaṁ na passati, sotena saddaṁ na suṇāti—«Господин Готама, вот человек не видит форм глазом, и он не слышит звуков ухом.
evaṁ kho, bho gotama, deseti pārāsiviyo brāhmaṇo sāvakānaṁ indriyabhāvanan”ti. Вот как брахман Парасария учит своих учеников развитию способностей».
“Evaṁ sante kho, uttara, andho bhāvitindriyo bhavissati, badhiro bhāvitindriyo bhavissati; «Если это так, Уттара, то тогда слепой или глухой человек был бы развитым в способностях,
yathā pārāsiviyassa brāhmaṇassa vacanaṁ. судя по тому, что говорит брахман Парасария.
Andho hi, uttara, cakkhunā rūpaṁ na passati, badhiro sotena saddaṁ na suṇātī”ti. Ведь слепой человек не видит форм глазом, а глухой человек не слышит звуков ухом».
Evaṁ vutte, uttaro māṇavo pārāsiviyantevāsī tuṇhībhūto maṅkubhūto pattakkhandho adhomukho pajjhāyanto appaṭibhāno nisīdi. Когда так было сказано, брахманский ученик Уттара, воспитанник Парасарии, замолк, смутился, сидел с опущенными плечами и поникшей головой, угрюмый, без ответа.
Atha kho bhagavā uttaraṁ māṇavaṁ pārāsiviyantevāsiṁ tuṇhībhūtaṁ maṅkubhūtaṁ pattakkhandhaṁ adhomukhaṁ pajjhāyantaṁ appaṭibhānaṁ viditvā āyasmantaṁ ānandaṁ āmantesi: Тогда, осознав это, Благословенный обратился к достопочтенному Ананде:
“aññathā kho, ānanda, deseti pārāsiviyo brāhmaṇo sāvakānaṁ indriyabhāvanaṁ, aññathā ca panānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā hotī”ti. «Ананда, брахман Парасария учит своих учеников развитию способностей одним образом, но в Дисциплине Благородных высочайшее развитие способностей иное».
“Etassa, bhagavā, kālo; etassa, sugata, kālo «Сейчас подходящий момент, Благословенный, Сейчас подходящий момент, Высочайший,
yaṁ bhagavā ariyassa vinaye anuttaraṁ indriyabhāvanaṁ deseyya. Bhagavato sutvā bhikkhū dhāressantī”ti. Чтобы Благословенный научил высочайшему развитию способностей в Дисциплине Благородных. Услышав это из его уст, монахи запомнят это».
“Tenahānanda, suṇāhi, sādhukaṁ manasi karohi; bhāsissāmī”ti. «В таком случае, Ананда, слушай внимательно то, о чём я буду говорить».
“Evaṁ, bhante”ti kho āyasmā ānando bhagavato paccassosi. «Да, уважаемый» – ответил он.
Bhagavā etadavoca: Благословенный сказал следующее:
“Kathañcānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā hoti? «И что такое, Ананда, высочайшее развитие способностей в Дисциплине Благородных?
Idhānanda, bhikkhuno cakkhunā rūpaṁ disvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Вот, Ананда, когда монах видит форму глазом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, cakkhumā puriso ummīletvā vā nimīleyya, nimīletvā vā ummīleyya; Подобно тому как человек с хорошим зрением, открыв свои глаза, мог бы закрыть их, или же, закрыв свои глаза, мог бы открыть их,
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā cakkhuviññeyyesu rūpesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении форм, познаваемых глазом.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno sotena saddaṁ sutvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Далее, Ананда, когда монах слышит звук ухом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, balavā puriso appakasireneva accharaṁ pahareyya; Подобно тому как сильный человек мог бы с лёгкостью щёлкнуть пальцами,
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā sotaviññeyyesu saddesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении звуков, познаваемых ухом.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno ghānena gandhaṁ ghāyitvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Далее, Ананда, когда монах чует запах носом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, īsakampoṇe padumapalāse udakaphusitāni pavattanti, na saṇṭhanti; Подобно тому как со слегка наклонённого лотосового листа стекают капли дождя и не остаются на нём, то точно также быстро,
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā ghānaviññeyyesu gandhesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении запахов, познаваемых носом.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno jivhāya rasaṁ sāyitvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Далее, Ананда, когда монах пробует вкус языком, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, balavā puriso jivhagge kheḷapiṇḍaṁ saṁyūhitvā appakasirena vameyya; Подобно тому как сильный человек мог бы с лёгкостью выплюнуть слюну, собранную на кончике своего языка,
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā jivhāviññeyyesu rasesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении вкусов, познаваемых языком.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno kāyena phoṭṭhabbaṁ phusitvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Далее, Ананда, когда монах трогает осязаемую вещь телом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, balavā puriso samiñjitaṁ vā bāhaṁ pasāreyya, pasāritaṁ vā bāhaṁ samiñjeyya; Подобно тому как сильный человек мог бы с лёгкостью распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую,
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā kāyaviññeyyesu phoṭṭhabbesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении осязаемых вещей, познаваемых телом.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno manasā dhammaṁ viññāya uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Далее, Ананда, когда монах познаёт умственный феномен умом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So evaṁ pajānāti: Он понимает так:
‘uppannaṁ kho me idaṁ manāpaṁ, uppannaṁ amanāpaṁ, uppannaṁ manāpāmanāpaṁ. «Во мне возникло приятное, во мне возникло неприятное, во мне возникло и приятное и неприятное.
Tañca kho saṅkhataṁ oḷārikaṁ paṭiccasamuppannaṁ. Но это является обусловленным, грубым, возникшим зависимо.
Etaṁ santaṁ etaṁ paṇītaṁ yadidaṁ—А невозмутимость -
upekkhā’ti. это умиротворённое, высочайшее».
Tassa taṁ uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati; Возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём,
upekkhā saṇṭhāti. и устанавливается невозмутимость.
Seyyathāpi, ānanda, balavā puriso divasaṁsantatte ayokaṭāhe dve vā tīṇi vā udakaphusitāni nipāteyya. Представь, как если бы человек уронил две или три капли воды на железный лист, который раскалялся целый день.
Dandho, ānanda, udakaphusitānaṁ nipāto, atha kho naṁ khippameva parikkhayaṁ pariyādānaṁ gaccheyya; Падение этих капель могло бы быть медленным, но затем они мгновенно испарились и исчезли.
evameva kho, ānanda, yassa kassaci evaṁsīghaṁ evaṁtuvaṭaṁ evaṁappakasirena uppannaṁ manāpaṁ uppannaṁ amanāpaṁ uppannaṁ manāpāmanāpaṁ nirujjhati, upekkhā saṇṭhāti—Точно также быстро, точно также легко, точно также мгновенно, касаясь абсолютно всего, возникшее приятное, возникшее неприятное, возникшее и приятное и неприятное прекращаются в нём, и устанавливается невозмутимость.
ayaṁ vuccatānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā manoviññeyyesu dhammesu. Это называется высочайшим развитием способностей в Дисциплине Благородных в отношении умственных феноменов, познаваемых умом.
Evaṁ kho, ānanda, ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā hoti. Вот каково высочайшее развитие способностей в Дисциплине Благородных.
Kathañcānanda, sekho hoti pāṭipado? И кто такой, Ананда, ученик в высшей тренировке, который вступил на путь?
Idhānanda, bhikkhuno cakkhunā rūpaṁ disvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Вот, Ананда, когда монах видит форму глазом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So tena uppannena manāpena uppannena amanāpena uppannena manāpāmanāpena aṭṭīyati harāyati jigucchati. К этому возникшему приятному, к этому возникшему неприятному, к этому возникшему и приятному и неприятному он чувствует отторжение, отвращение, неприязнь.
Sotena saddaṁ sutvā …pe… ... слышит звук ухом…
ghānena gandhaṁ ghāyitvā … ... нюхает запах носом…
jivhāya rasaṁ sāyitvā … ... пробует на вкус языком…
kāyena phoṭṭhabbaṁ phusitvā … ... трогает осязаемую вещь телом…
manasā dhammaṁ viññāya uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Познаёт умственный феномен умом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So tena uppannena manāpena uppannena amanāpena uppannena manāpāmanāpena aṭṭīyati harāyati jigucchati. К этому возникшему приятному, к этому возникшему неприятному, к этому возникшему и приятному и неприятному он чувствует отторжение, отвращение, неприязнь.
Evaṁ kho, ānanda, sekho hoti pāṭipado. Вот каков ученик в высшей тренировке, который вступил на путь.
Kathañcānanda, ariyo hoti bhāvitindriyo? И кто такой, Ананда, благородный с развитыми способностями?
Idhānanda, bhikkhuno cakkhunā rūpaṁ disvā uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Вот, Ананда, когда монах видит форму глазом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So sace ākaṅkhati: ‘paṭikūle appaṭikūlasaññī vihareyyan’ti, appaṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая не-отвратительное в отвратительном» – он пребывает, воспринимая не-отвратительное в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘appaṭikūle paṭikūlasaññī vihareyyan’ti, paṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая отвратительное в не-отвратительном» – он пребывает, воспринимая отвратительное в не-отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘paṭikūle ca appaṭikūle ca appaṭikūlasaññī vihareyyan’ti, appaṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая не-отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном» – он пребывает, воспринимая не-отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘appaṭikūle ca paṭikūle ca paṭikūlasaññī vihareyyan’ti, paṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном» – он пребывает, воспринимая отвратительное в не-отвратительном и в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘paṭikūlañca appaṭikūlañca tadubhayaṁ abhinivajjetvā upekkhako vihareyyaṁ sato sampajāno’ti, upekkhako tattha viharati sato sampajāno. Если он пожелает: «Избегая и не-отвратительного и отвратительного, пусть я буду пребывать в невозмутимости, осознанным и бдительным» – он пребывает в невозмутимости к этому, будучи осознанным и бдительным.
Puna caparaṁ, ānanda, bhikkhuno sotena saddaṁ sutvā …pe… ... слышит звук ухом…
ghānena gandhaṁ ghāyitvā … ... нюхает запах носом…
jivhāya rasaṁ sāyitvā … ... пробует на вкус языком…
kāyena phoṭṭhabbaṁ phusitvā … ... трогает осязаемую вещь телом…
manasā dhammaṁ viññāya uppajjati manāpaṁ, uppajjati amanāpaṁ, uppajjati manāpāmanāpaṁ. Познаёт умственный феномен умом, в нём возникает приятное, в нём возникает неприятное, в нём возникает и приятное и неприятное.
So sace ākaṅkhati: ‘paṭikūle appaṭikūlasaññī vihareyyan’ti, appaṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая не-отвратительное в отвратительном» – он пребывает, воспринимая не-отвратительное в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘appaṭikūle paṭikūlasaññī vihareyyan’ti, paṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая отвратительное в не-отвратительном» – он пребывает, воспринимая отвратительное в не-отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘paṭikūle ca appaṭikūle ca appaṭikūlasaññī vihareyyan’ti, appaṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая не-отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном» – он пребывает, воспринимая не-отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘appaṭikūle ca paṭikūle ca paṭikūlasaññī vihareyyan’ti, paṭikūlasaññī tattha viharati. Если он пожелает: «Пусть я буду пребывать, воспринимая отвратительное и в не-отвратительном и в отвратительном» – он пребывает, воспринимая отвратительное в не-отвратительном и в отвратительном.
Sace ākaṅkhati: ‘paṭikūlañca appaṭikūlañca tadubhayampi abhinivajjetvā upekkhako vihareyyaṁ sato sampajāno’ti, upekkhako tattha viharati sato sampajāno. Если он пожелает: «Избегая и не-отвратительного и отвратительного, пусть я буду пребывать в невозмутимости, осознанным и бдительным» – он пребывает в невозмутимости к этому, будучи осознанным и бдительным.
Evaṁ kho, ānanda, ariyo hoti bhāvitindriyo. Вот каков благородный с развитыми способностями.
Iti kho, ānanda, desitā mayā ariyassa vinaye anuttarā indriyabhāvanā, desito sekho pāṭipado, desito ariyo bhāvitindriyo. Ананда, я научил высочайшему развитию способностей в Дисциплине Благородных, [научил] ученику в высшей тренировке, который вступил на путь, [научил] благородному с развитыми способностями.
Yaṁ kho, ānanda, satthārā karaṇīyaṁ sāvakānaṁ hitesinā anukampakena anukampaṁ upādāya, kataṁ vo taṁ mayā. То, что следует сделать учителю для своих учеников из сострадания к ним, желая им благополучия, имея к ним сострадание, всё это я сделал для вас, Ананда.
Etāni, ānanda, rukkhamūlāni, etāni suññāgārāni, jhāyathānanda, mā pamādattha, mā pacchā vippaṭisārino ahuvattha. Ayaṁ vo amhākaṁ anusāsanī”ti. Вон там – подножья деревьев, там – пустые хижины. Медитируйте, Ананда, не откладывайте на потом, иначе будете позже сожалеть об этом. Таково наше наставление вам».
Idamavoca bhagavā. Так сказал Благословенный.
Attamano āyasmā ānando bhagavato bhāsitaṁ abhinandīti. Достопочтенный Ананда был доволен и восхитился словами Благословенного.
Indriyabhāvanāsuttaṁ niṭṭhitaṁ dasamaṁ.
Saḷāyatanavaggo niṭṭhito pañcamo.
Tassuddānaṁ
Anāthapiṇḍiko channo,
puṇṇo nandakarāhulā;
Chachakkaṁ saḷāyatanikaṁ,
nagaravindeyyasuddhikā;
Indriyabhāvanā cāpi,
vaggo ovādapañcamoti.
Idaṁ vaggānamuddānaṁ
Devadahonupado ca,
Suññato ca vibhaṅgako;
Saḷāyatanoti vaggā,
Uparipaṇṇāsake ṭhitāti.
Uparipaṇṇāsakaṁ samattaṁ.
Tīhi paṇṇāsakehi paṭimaṇḍito sakalo
majjhimanikāyo samatto. Наставления средней длины окончены.